– Бей! Грабь! Убивай! – кричал он.
В этот момент на улицу рысью вылетел большой конный отряд. Во главе отряда мчался главный прево.
XLIX. Каприз Франциска I
Накануне этого дня, ночью, происходило нечто, о чем мы не можем умолчать.
В течение нескольких дней, особенно после того дня, когда Монтгомери арестовал Трибуле, чтобы вести его в Бастилию (по меньшей мере в соответствии с рапортом, который капитан подал королю, а мы знаем, насколько правдив был этот рапорт) – словом, в течение нескольких дней его величество выглядел мрачнее обычного. Причиной такого состояния было отсутствие новостей о Жилет, получить которые тщетно старался Монклар.
Главный прево сначала намеревался выбить из мадемуазель де Сент-Альбан всё, что она знает о похищении герцогини де Фонтенбло. В глубине души он знал, какой ответ даст ему старая придворная дама. Но ему надо было получить этот ответ официально, чтобы открыто обвинить герцогиню д’Этамп.
Итак Монклар отправился в Бастилию, чтобы «допросить» мадемуазель де Сент-Альбан.
То ли комендант тюрьмы пожалел бедную женщину, немножко чокнутую, но совсем не злую, то ли то было влияние колдовских чар, но мадемуазель де Сент-Альбан была помещена в очень удобную камеру, меблированную кроватью (настоящей кроватью!), столом и креслом.
Более того, узница получила разрешение заказывать еду на воле, как и кондитерские изделия, которые она обожала. И добрая старушка проводила время в поедании конфет и в ожидании скорого освобождения, а оно не могло затянуться надолго, по уверениям мадам герцогини д’Этамп.
Утром того самого дня, когда месье де Монклар решил «попытать» старую женщину, в камеру внесли корзину с фруктами. А так как комендант раз и навсегда отдал приказ тотчас же пропускать любую еду, какая может понравиться мадемуазель де Сент-Альбан, корзина была немедленно принесена узнице.