Я застал мисс Аду в самом радостном настроении. Она дала мне прочесть телеграмму Тома Дэвиса из Бергена от 29 сентября. Он и его спутник лейтенант Шукэ благополучно спустились в лесу, в Норвегии, добрались до Бергена и отсюда намеревались отправиться в Англию.
Здесь я познакомился с г. Франсуа Реальмоном, старшим братом командира «людей-крабов», погибшего в устье Эльбы. Он только что вернулся из Японии, куда был командирован в качестве инструктора аэронавтики. С ним приехали пятеро японцев, намеревавшихся заканчивать свое образование в специальной аэротактической школе в Лондоне. Я заметил, что французские школы могли бы дать им больше, так как Англия по-прежнему возлагала все надежды на свой грандиозный флот и пренебрегала аэронавтикой; они согласились со мною, но не могли нарушить предписания своего начальства.
Пока мы разговаривали, слуга принес только что появившееся на улицах приложение к «3000 году», нашему сопернику. В нем оказалась действительно сенсационная новость.
«По телефону из Лондона, 1-ое октября, 3 часа: Черная Черепаха Джима Кеога появилась над Трафальгар-Сквером. Неожиданно вынырнув из тумана, она свалила выстрелом из своего орудия статую Нельсона. Пушки Конногвардейской Казармы дали залп, но дьявольский аэрокар исчез так же быстро, как появился. Предполагают, что это только прелюдия к появлению немецких аэрокаров. На бирже паника».
Заметка сопровождалась ядовитым примечанием: «Вот подходящий случай для хвастуна, обещавшего вчера уничтожить Джима Кеога, отправиться искать его в туманах Англии».
«Да, так я и сделаю!» — подумал я. — «Если действительно германская воздушная эскадра намерена осадить Лондон, то и „Сириус“ будет действовать там же — стало быть, в Париже мне делать нечего».
Я спросил по мегафону нашу редакцию, подтверждается ли сообщение «3000 года». Да, оно оказалось верным. Я узнал больше: Англия просила немедленной помощи французского воздушного флота и наша аэроэскадра, стоявшая в Лангре, должна была завтра отправиться в Лондон, за исключением десяти аэрокаров, охранявших Париж.
Я решил тоже отправиться. Но возникало серьезное затруднение. Пилот «Южного», Морель, поступил в действующую армию; оба его помощника, резервисты, были на днях призваны на службу. Сколько времени пройдет, пока мне удастся набрать новый персонал?
В этом затруднительном положении я вспомнил о японцах Реальмона. Еще утром я прочел в газете, в числе прочих новостей, о прекращении пароходного сообщения с Лондоном. Стало быть, японцам придется засесть в Париже и, вероятно, они рады будут воспользоваться «Южным».
Дело уладилось к общему удовольствию. Оказалось, что японцы умеют управлять аэрокаром и мое предложение пришлось им как нельзя более кстати. Их было пятеро: старший, капитан Мурата, и его четверо товарищей — Сикава, Нарабо, Мотоми и Вами. Все они увлекались аэронавтикой и были в восторге от представлявшейся возможности применить свои познания на практике, быть может, на войне.