Как только сундук почувствовал давно забытое солнце, он словно поморщился — все древесные прожилки пошли волнами.
Кочегар Жуков, любитель всякой замысловатой механики, долго разглядывал сундук боцмана.
— Давай, Михаил Терентьевич, я его тебе отремонтирую, — вызвался он, — может, и музыка в нем опять заработает.
— Что ж, попробуй, — согласился боцман. — Только не верится мне что-то, чтобы он опять заиграл. Да и пропади она, эта музыка. Мне бы «Орла» посмотреть… Скорей бы уж его подымали.
— Подымут, — сказал Жуков. — А я тебе как раз к подъему и музыку налажу.
Настал день подъема «Орла». Вся команда столпилась у бортов и ждала той минуты, когда море взбурлит пенными шапками и вслед затем выскочит из воды дюжина наполненных воздухом понтонов, похожих с виду на длинные стальные бочки. А между ними, подхваченный стальными полотенцами, всплывет «Орел».
Неожиданно на палубе заиграла негромкая музыка. Было похоже на то, что кто-то выстукивает молоточком по стеклышкам сигнал «побудку». Это играл отполированный, блестящий и гладкий, как зеркало, сундучок боцмана.
Все захлопали в ладоши.
И в эту же минуту показался «Орел», весь обросший звездами, голотуриями и морской капустой — не то пароход, не то подводный цветник.
— Ура-а! — закричали на палубе. И все разом, точно по команде, оглянулись на боцмана.