Глава XXVIII.
"Черный Лебедь".
На слѣдующее утро мистриссъ Четвиндъ почти совершенно рѣшилась ѣхать кататься на яхтѣ и сошла даже для этой цѣли на берегъ, но въ послѣднюю минуту, все-таки, раздумала и заявила, что лучше посидитъ на вершинѣ холма и будетъ оттуда слѣдить за всѣми движеніями "Чернаго Лебедя". Благодаря ея колебаніямъ, произошло, однако, нѣкоторое промедленіе, и когда миссъ Четвиндъ, Фицджеральдъ и Микъ высадились, наконецъ, на яхту, Шейль Гленни, иначе "гномъ", находился уже въ состояніи крайняго нетерпѣнія. Начался отливъ; пары поднялись на пять фунтовъ выше надлежащаго давленія и машина дребезжала, точно пустая жестяная коробка. Прежде чѣмъ Фицджеральдъ успѣлъ опомниться, онъ держалъ уже въ рукѣ веревку, конецъ которой былъ прикрѣпленъ къ какому-то грохотавшему и двигавшемуся рычагу, и "Черный Лебедь" бѣшено мчался, невѣдомо куда, весь окутанный густымъ паромъ, не дававшимъ никакой возможности разглядѣть даже очертаній яхты.
-- Миссъ Четвиндъ,-- громко окликнулъ ее Фицджеральдъ,-- имѣете ли вы хоть какое-нибудь понятіе о томъ, куда мы ѣдемъ?
-- Ни малѣйшаго,-- отвѣчала она.-- Но Микъ находится у руля.
Тѣмъ временемъ или пары убавились, или, быть можетъ, усилился вѣтеръ, но только мало-по-малу Фицджеральдъ началъ нѣсколько распознавать окружающіе предметы. Какъ страшно шумѣла маленькая яхта! Или, вѣрнѣе, она издавала цѣлый рядъ звуковъ, совершенно непохожихъ другъ на друга и быстро смѣнявшихся. Внезапно послышался еще новый звукъ, неожиданный, раздирающій, дважды повторенный, и Фицджеральдъ увидалъ, что миссъ Четвиндъ держитъ въ рукѣ мѣдную цѣпочку свистка.
-- Это сигналъ тетѣ; слышала ли она его, какъ вы думаете?-- спросила или, вѣрнѣе, прокричала молодая дѣвушка.
-- Слышала ли?-- отвѣчалъ Фицджеральдъ, такъ же громко.-- Да его слышно, я полагаю, въ Нью-Іоркѣ.
Вслѣдъ затѣмъ, къ его несказанному удовольствію, "гномъ" появился на палубѣ, взялъ изъ его рукъ веревку и далъ Мику какія-то приказанія. Ясно, что они приближались къ опасному мѣсту. По временамъ виднѣлось въ прозрачной струѣ что-то золотисто-коричневое; это были длинные листья морской травы. Далеко впереди вода какъ-то подозрительно кружилась; однако, подводныхъ скалъ не было еще замѣтно. По мѣрѣ приближенія къ узкому проходу обнаруживалось, что отливъ усиливается съ страшною быстротою.
-- Мы должны бы ѣхать часомъ раньше,-- замѣтила Мэри, подозрительно глядя на кружащуюся воду.
-- Во всякомъ случаѣ возвращаться теперь уже поздно,-- отвѣчалъ ея спутникъ.
"Гномъ" не спускалъ глазъ съ воды и береговъ. Внезапно раздалась громкая команда:
-- Поворачивай, Микъ!
Фицджеральдъ оглянулся, чтобы слѣдить за тѣмъ, какъ повернется яхта, но она не шевельнулась. Послышался сначала легкій скрипъ; за нимъ послѣдовалъ сильный толчекъ, отъ котораго "Черный Лебедь" содрогнулся до основанія; "гномъ" поспѣшно захлопнулъ клапанъ, и послѣ недавняго грохота внезапно водворилась полнѣйшая тишина. Фицджеральдъ не зналъ хорошенько, наткнулась ли яхта на скалу, или просто увязла въ тинѣ. Послѣ долгаго осмотра, всевозможныхъ догадокъ и предположеній выяснилось, наконецъ, что имъ придется просидѣть на мѣстѣ, по крайней мѣрѣ, часовъ пять.
-- Миссъ Четвиндъ,-- сказалъ молодой человѣкъ, обращаясь къ дѣвушкѣ,-- не хотите ли, чтобы мы свезли васъ на берегъ въ лодкѣ?
-- Развѣ я имѣю право покинуть корабль?-- отвѣчала она.-- Къ тому же, мнѣ надо поговорить съ вами, и если сообщеніе мое не наполнитъ цѣлыхъ пяти часовъ, за то у васъ останется время пораздумать о немъ.
Она помолчала съ минуту, не отрывая глазъ отъ палубы и, видимо, смущенная.
-- Мистеръ Фицджеральдъ,-- начала она, наконецъ, нѣсколько безсвязно,-- я читала ваши статьи. До той минуты я никакъ не предполагала, чтобы вы думали о такихъ вещахъ; теперь мнѣ кажется, что вы не были счастливы здѣсь. Тетя хочетъ подарить вамъ имѣніе, а я желаю, чтобы вы уѣхали отсюда.
Пальцы ея дрожали. Она казалась испуганною и нервною.
-- Не думайте, пожалуйста, объ этомъ,-- поспѣшно произнесъ Фицджеральдъ, чтобы выручить ее изъ затрудненія.-- Вы уже вчера были встревожены. Забудьте, все и повѣрьте, что человѣку иногда хорошо быть одному. Не объ этой же бездѣлицѣ желали вы говорить со мною въ теченіе пяти часовъ, миссъ Четвиндъ? Увѣряю васъ, что мнѣ было здѣсь очень пріятно; не думаю даже, чтобы мнѣ когда-либо въ жизни жилось опять такъ покойно. Но кто же сказалъ вамъ, что это мои статьи?
-- Кто мнѣ сказалъ?-- повторила она съ прояснившимся лицомъ.-- Да сами статьи, каждая строчка ихъ, хотя мнѣ и кажется, что вы никогда прежде не писали въ этомъ родѣ.
Она слегка покраснѣла и поспѣшно прибавила:
-- Знаете ли вы, какое впечатлѣніе онѣ произвели на публику? Навѣрное, нѣтъ. Всѣ говорятъ о нихъ теперь, какъ о чемъ-то совершенно новомъ въ литературѣ. Еженедѣльныя газеты отозвались о нихъ съ высшею похвалою, въ особенности Либеральное Обозрѣніе.
-- Нѣтъ, навѣрное, только не оно!-- быстро возразилъ молодой человѣкъ.
-- Напротивъ, именно Либеральное Обозрѣніе, и даже не разъ. Когда вы вернетесь въ Лондонъ, вы увидите себя знаменитостью.
-- Я получилъ уже нѣсколько писемъ по поводу моихъ статей и приглашеніе сотрудничать въ разныхъ журналахъ. Нашелся даже издатель, который желаетъ перепечатать ихъ отдѣльнымъ томомъ. Если это осуществится, я получу болѣе прочное положеніе въ литературномъ мірѣ, а то, признаюсь, я начиналъ, уже нѣсколько отчаиваться. Только не безпокойтесь, пожалуйста, обо мнѣ, миссъ Четвиндъ.
-- Напротивъ, я должна безпокоится,-- отвѣчала она, довольная тѣмъ, что первый шагъ уже сдѣланъ.-- Тетя велѣла вамъ сказать, что она болѣе, чѣмъ когда-либо, желаетъ передать въ ваши руки имѣніе.
-- Я помню ея намѣреніе. Это, конечно, очень великодушно съ ея стороны, только въ моемъ положеніи такая мѣра была бы болѣе, чѣмъ безполезна.
-- Тетя хорошо понимаетъ это,-- спокойно отвѣчала Мэри.-- Конечно, она позаботится и о томъ, чтобы вамъ было на что содержать имѣніе.
-- Я не могу никакъ понять, почему ваша тетушка такъ добра ко мнѣ.
-- О, это ужь ея натура! Въ настоящемъ случаѣ я ей не препятствую. Я надѣюсь, что она проживетъ еще долгіе годы, и не нахожу никакого удовольствія поддерживать имѣніе для исключительной пользы Макъ-Джи. И такъ, мистеръ Фицджеральдъ, я увѣрена, что вы сдѣлаетесь собственникомъ Boat of Harry. У васъ будетъ много свободнаго времени, и тетя, навѣрное, пожелаетъ, чтобы вы жили большую часть года здѣсь. Только я надѣюсь, что вы этого не сдѣлаете. Вы можете приносить людямъ громадную пользу, и мнѣ кажется, было бы эгоистично, еслибъ вы жили здѣсь для одного наслажденія. Вы видите меня постоянно окруженною людьми учеными и думаете, быть можетъ, что я не интересуюсь ничѣмъ, кромѣ науки, словомъ, что я безсердечна. Толковать объ этомъ, конечно, нечего, только я думаю, что люди счастливые должны заботиться о тѣхъ, кому не такъ хорошо живется. Я не люблю, конечно, говорить о томъ, что нѣкоторые изъ насъ дѣлаютъ для бѣдныхъ...
-- Знаете что, миссъ Четвиндъ? Если не случится чуда, мы просидимъ здѣсь еще четыре часа съ половиною...
-- И вы желаете, чтобы въ теченіе четырехъ часовъ съ половиною я описывала вамъ наши лекціи, воскресныя увеселенія и все прочее? О, нѣтъ! Мы побесѣдуемъ объ этомъ когда-нибудь въ другой разъ. А теперь, мистеръ Фицджеральдъ, нѣтъ ли у васъ чего-нибудь поѣсть на этой злополучной яхтѣ?
-- Есть, кажется, бисквиты.
-- Ну, вотъ и отлично.
Онъ спустился въ каюту и принесъ оттуда не только бисквитовъ, но и двѣ бутылки содовой воды. Мало-по-малу миссъ Четвиндъ разговорилась и сообщила кое-что молодому человѣку о своихъ собственныхъ заботахъ. Оказалось, что среди людей, съ которыми она дѣйствовала, происходили иногда разногласія и что у нея были свои собственные планы и замыслы.
-- И такъ, вы видите, что мнѣ очень нужна поддержка. Вѣдь, я считаюсь страшнымъ еретикомъ и новаторомъ. Я, надо вамъ сказать, яростная защитница пива.
-- Неужели?
-- Да. Устроить вечеръ для подростковъ -- весьма легко. Если дать имъ въ видѣ награды за вниманіе яблоко, два, три бисквита или орѣховъ, они совершенно довольны. Совсѣмъ не то съ взрослыми мужчинами. Можно ли въ самомъ дѣлѣ требовать, чтобы усталые рабочіе приходили на наши лекціи со всѣхъ концовъ Лондона и получали только по чашкѣ жидкаго чаю, да еще съ запрещеніемъ курить? Что за бѣда, если дать каждому изъ нихъ по кружкѣ пива и позволить вынуть трубку изъ кармана. Сначала и я не выносила табачнаго дыма, а теперь кое-какъ примѣнилась.
Мэри нашла, повидимому, сочувственнаго слушателя, и время шло быстро. Молодые люди не замѣтили, какъ начался приливъ и нѣкоторыя мели стали мало-по-малу покрываться водою. Вскорѣ "Черный Лебедь" дрогнулъ, а черезъ нѣсколько времени совсѣмъ поднялся на поверхность. Немного спустя оказалось возможнымъ его повернуть и вскорѣ онъ уже несся по направленію къ берегу, рѣзкими свистками извѣщая о своемъ приближеніи.
-- И такъ, мистеръ Фицджеральдъ,-- начала дѣвушка, пока они шли по дорогѣ къ дому,-- я цѣлый день говорила съ вами о вещахъ, которыя васъ, навѣрное, вовсе не интересуютъ, а самое главное забыла. Только помните одно: не живите въ Boat of Harry, когда онъ достанется вамъ. Я очень, очень жалѣю, что вообще просила васъ пріѣхать сюда. Никогда не сдѣлала бы и этого, еслибъ предвидѣла, въ какомъ тонѣ вы будете писать!
Она говорила негромко, опустивъ глаза.
-- Но почему?-- спросилъ онъ.-- Каждое мѣсто покажется уединеннымъ, если человѣкъ одинъ. Вы серьезно думаете, что мои статьи произвели впечатлѣніе на публику?
-- Совершенно увѣрена въ этомъ, Удивительно ли, что люди рады, когда кто-нибудь разъяснитъ имъ, что предметы, ихъ окружающіе, гораздо прекраснѣе, чѣмъ они думали. Развѣ жизнь не становится отъ этого богаче?
-- Но я-то тутъ совершенно не при чемъ,-- задумчиво отвѣчалъ Фицджеральдъ.-- Я высказывалъ только то, на что постоянно обращалъ мое вниманіе Россъ. Очень желалъ бы я знать, не удастся ли мнѣ хоть теперь наживать что-нибудь литературою. Извините, пожалуйста, миссъ Четвиндъ,-- поспѣшно прибавилъ онъ, внезапно спохватившись,-- что я опять говорю съ вами о своихъ личныхъ дѣлахъ. Только мнѣ кажется, что и вы нѣсколько заинтересованы въ этомъ случаѣ.
-- Я?-- спросила дѣвушка, слегка вздрогнувъ.
-- По крайней мѣрѣ, до извѣстной степени,-- продолжалъ онъ.-- Мнѣ хотѣлось бы скорѣе вернуться въ Лондонъ...
-- О! какъ я рада!-- воскликнула она съ искреннимъ удовольствіемъ.
-- Если мои дѣла пойдутъ хорошо, вы позволите мнѣ, конечно, пожертвовать что-нибудь въ пользу вашихъ бѣдныхъ.
Она засмѣялась, очевидно, не надѣясь, чтобы онъ такъ скоро разбогатѣлъ.
-- Что же вы мнѣ дадите?-- спросила она, пока онъ отворялъ калитку.
-- Если ваша тетушка позволитъ...
-- Моя тетушка? Да ей-то что за дѣло?
-- О, это до нея касается въ значительной степени,-- продолжалъ онъ, идя по дорожкѣ въ дому.-- Если она будетъ согласна, я думаю, что мое пожертвованіе должно будетъ состоять...
-- Не въ двухъ же стахъ фунтахъ въ годъ?-- шутливо подсказала дѣвушка.
-- Нѣтъ,-- возразилъ онъ, окинувъ взоромъ прелестный ландшафтъ.-- Я думаю, что мое пожертвованіе должно состоять -- изъ Boat of Harry.