— Она любитъ этого лорда?
— О, да! въ этомъ нѣтъ ни малѣйшаго сомнѣнія.
Финіасъ сознавался въ этомъ безъ большой внутренней тоски.
Когда онъ былъ въ Лондонѣ послѣдній разъ, онъ не могъ говорить о Вайолетъ и лордѣ Чильтернѣ, не обнаруживъ, что онъ почти не въ состояніи перенести своего огорченія. Въ этo время онъ получалъ совѣты отъ двухъ друзей: отъ Лоренса Фицджибона и Баррингтона Ирля. Лоренсъ всегда былъ вѣренъ ему нѣкоторымъ образомъ и не сердился на него за то, что онъ занялъ мѣсто въ колоніальномъ департаментѣ.
— Финіасъ, мой милый, сказалъ онъ: — если все это правда, вы все-таки не пропадете.
— Какимъ образомъ?
— У мадамъ Максъ много денегъ.
— Я никогда въ этомъ не сомнѣвался, отвѣчалъ Финіасъ.
— И я увѣренъ, что она возьметъ васъ съ перваго слова. По-крайней-мѣрѣ, попробуйте, Финни, мой милый. Вотъ мой совѣтъ.
Финіасъ на столько соглашался съ своимъ другомъ Лоренсомъ, что считалъ возможнымъ, что мадамъ Гёслеръ приметъ его руку, если онъ сдѣлаетъ ей предложеніе. Онъ зналъ, разумѣется, что этотъ способъ выпутаться изъ затрудненій былъ для него закрытъ, но онъ не могъ объяснить этого Лоренсу Фицджибону.