— Только онъ заставилъ меня сказать то, что можетъ выставить меня невѣжливой въ его глазахъ. Лордъ Чильтернъ, я не люблю васъ той любовью, о которой вы говорите теперь. Я всегда смотрѣла на васъ какъ на стараго друга и надѣюсь, что всегда буду смотрѣть на васъ такимъ образомъ.
Тутъ она встала и вышла изъ комнаты.
— Зачѣмъ ты заговорилъ съ ней такъ неожиданно… такъ рѣзко… такъ громко? сказала ему сестра, подходя къ нему и взявъ его за руку почти съ гнѣвомъ.
— Это не сдѣлало бы никакой разницы, сказалъ онъ: — она меня не любитъ.
— Это сдѣлаю огромную разницу, возразила лэди Лора. — За такой женщиной, какъ Вайолетъ, нельзя ухаживать такимъ образомъ. Ты долженъ начать опять.
— Я началъ и кончилъ, сказалъ онъ.
— Это вздоръ. Разумѣется, ты будешь настаивать. Безумно было говорить такимъ образомъ сегодня. Впрочемъ, ты можешь быть увѣренъ въ томъ, что ей никто не нравится болѣе тебя. Ты долженъ помнить, какъ много ты сдѣлалъ, чтобы заставить каждую дѣвушку бояться тебя.
— Я это помню.
— Сдѣлай же теперь что-нибудь, что-нибудь, чтобы она перестала тебя бояться. Поговори съ нею нѣжно, скажи ей, какого рода жизнь ты будешь вести съ нею. Скажи ей, что все перемѣнилось. Когда полюбитъ тебя, она повѣритъ тебѣ, еслибы даже не повѣрила никому другому въ этомъ отношеніи.
— Развѣ я долженъ солгать ей? сказалъ лордъ Чильтернъ, взглянувъ прямо въ лицо сестрѣ.