Мой отвѣтъ Сатину.
"М. Г... Я получилъ ваше письмо -- и тороплюсь вамъ отвѣтить. Хотя, и не знаю, право,-- сумѣю ли я сдѣлать это. Попробую. Вербуя ваши фаланги "отсталыхъ", вы, между прочимъ, какъ это и видно изъ вашихъ словъ, очень интересуетесь психикой своихъ новобранцевъ: что, дескать, за люди? Съ тою же цѣлью -- поближе заглянуть, вы подошли и ко мнѣ...
Вы спрашиваете:
-- Можно?
-- Пожалуйста.
Но, вѣдь, вамъ, поди, этого мало? Мало -- позволить,-- вамъ надо
и помочь это сдѣлать, т.-е., знакомя васъ съ картинной галлереей своей собственной особы, надо сумѣть быть и вашимъ чичероне. Такъ? И, повѣрьте, разъ это вамъ интересно, я всячески былъ бы не прочь сдѣлать и это; но бѣда въ томъ, что именно этого-то я и не сумѣлъ бы сдѣлать, если бъ даже и взялся за это, Избитая и затасканная до послѣдней возможности мысль о томъ, что человѣкъ меньше всего знаетъ себя самого,-- мысль эта потому, вѣдь, такъ и затаскана, что она -- сама правда. Мы всѣ большіе мастера знать -- у кого и въ какомъ карманѣ есть дырка, но измѣрить глубины своихъ собственныхъ кармановъ,-- этого намъ не дано. Картину, вѣдь, только тогда и разсмотришь, когда отъ нея отойдешь...
Хотя, съ другой стороны, бѣда и вполнѣ поправима: вѣдь, если признаться, такъ -- "есть изъ кумушекъ моихъ такихъ кривлякъ пять-шесть: я даже ихъ могу по пальцамъ перечесть"... Словомъ, съ иной и доступной мнѣ точки зрѣнія (не на себя, а изъ себя) и я тоже очень и очень не прочь поговорить по адресу этихъ "отсталыхъ"
Въ общемъ, мнѣ все это рисуется такъ:
Въ отвѣтъ на вашъ картинный образъ (дорога -- толпа -- отсталые...), вы мнѣ позвольте дать схему даннаго явленія, но только не съ внѣшней его стороны, а съ внутренней,-- не пластику, а психику этихъ "отсталыхъ". Начну съ того, что явленіе, передъ которымъ вы останавливаетесь и о которомъ мы вотъ сейчасъ и бесѣдуемъ съ вами,-- оно старо, какъ міръ. Вопросъ объ этихъ "отсталыхъ" змѣей вползалъ въ мысль человѣка, и народное творчество, компануя системы своихъ религій, созидая свои чудные миѳы, разсказывая свои, не менѣе чудныя, сказки,-- оно давно уже считалось съ этимъ явленіемъ, и по-своему,-- сообразно своему міросозерцанію, мѣсту и времени, геніально отозвалось на него...