О, она покраснѣла отъ зависти...
Я упалъ на колѣни и со слезами восторга покрывалъ поцѣлуями это божественное тѣло другой, равно прекрасной и никому невѣдомой Эосъ...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
...Въ одну изъ такихъ чудныхъ ночей, съ неугасающими зорями неба, которыя радужно отливали на сѣверѣ, я, усталый отъ ласкъ, уснулъ на груди своей Эосъ...
Какъ сладко спалось мнѣ., Когда мы проснулись, въ окна нашей уютной свѣтелки глядѣлъ голубой, яркій день.
Саша испуганно всплеснула руками:
-- Смотрите: десяти часовъ!-- показала она мнѣ свои крохотные часики, которые, словно посмѣиваясь, упорно шептали намъ: "десять-десять-десять"...-- Боже мой! теперь всѣ давнымъ-давно ужъ проснулись... Слышите? Чай ужъ готовятъ... Теперь всѣ-всѣ узнаютъ...
--Ну, и что же? Или вы не хотите, стыдитесь быть моей женушкой -- да?
Саша вспыхнула...
-- Нѣтъ. Но, мнѣ... все-таки, стыдно...