И вотъ, оно -- это завтра,-- оно наступило. Оно не сняло еще маски, оно еще тайна; но тайна эта вползла уже въ грудь и захватила меня въ знобящіе, острые когти...
О, только-бъ скорѣе!...
А время тянулось мучительно-долго...
Надо было пить чай; говорить съ Сашей и Сатинымъ; смѣяться, шутить, и вообще -- дѣлать видъ, что просто вотъ -- сидишь и разговариваешь, и ни о чемъ такомъ, особенномъ, и не думаешь...
А въ груди -- трепетало и замирало сердце...
-----
Наконецъ-то!...
Я -- верхомъ и по дорогѣ къ Зинѣ...
Дорога шла полемъ. Никто не встрѣчался, никто не мѣшалъ -- и я, съ мѣста, поднялъ лошадь въ карьеръ...
Дышать было трудно отъ этой бѣшеной скачки...