Я не хотѣлъ уступить, я хотѣлъ усмѣхнуться и не признать этой силы, и -- не сумѣлъ этого сдѣлать (усмѣшка моя уперлась, словно, во что-то -- и отпала назадъ); и я понялъ, что дѣлать этого было не нужно...
-- Господа!-- говорилъ Обжинъ:-- позвольте васъ познакомить съ постановленіями господъ секундантовъ...
Я оторвался отъ своихъ мыслей и сталъ внимательно слушать.
-- Дистанція въ десять шаговъ,-- продолжалъ Обжинъ:-- для нихъ непріемлема. При стрѣльбѣ изъ пистолетовъ (которыхъ, къ несчастію, нѣтъ), они соглашаются на 15-ть шаговъ, а при стрѣльбѣ изъ револьверовъ -- на 25-ть.
-- Виноватъ!-- заволновался Линицкій.-- Надѣюсь, мнѣ будетъ позволено коснуться вопроса о дистанціи?
-- Пожалуйста!-- отозвался Сагинъ.
-- Я предложилъ г. Абашеву дистанцію въ десять шаговъ. Онъ согласился. И мнѣ кажется, что вопросъ этотъ исчерпанъ вполнѣ...
-- Да. Но -- для васъ только,-- отвѣтилъ Сагинъ.-- Дистанція въ десять шаговъ, да еще при стрѣльбѣ изъ револьверовъ,-- это уже не дуэль, а убійство. Кто первый выстрѣлитъ,-- тотъ и убьетъ. И вы могли, конечно, желать стрѣляться и на еще болѣе тяжелыхъ условіяхъ (хотя бы даже въ двухъ-трехъ шагахъ,-- ваше дѣло),-- но найти себѣ секундантовъ для подобнаго рода дуэли -- вамъ было бы трудно, если только возможно. Ни одинъ благоразумный и порядочный человѣкъ не позволитъ сдѣлать изъ себя пассивный матеріалъ для пособничества въ запальчивыхъ затѣяхъ подобнаго рода. Все имѣетъ свои границы. Мы сдѣлали уже одинъ компромиссъ, давая свое согласіе на револьверы, стрѣляться изъ которыхъ на дуэляхъ не принято (для этого -- вы знаете это -- существуютъ гладкоствольные пистолеты); и, допуская это обстоятельство, мы переступаемъ законныя формы поединка и усугубляемъ тѣмъ нашу отвѣтственность. Но итти дальше въ этомъ направленіи мы не согласны.
Линицкій, молча, поклонился.
Всѣ остальныя условія дуэли сводились къ слѣдующему. Намъ предлагалось: или отложить дуэль и достать гладкоствольные пистолеты (отчего мы оба отказались, не желая тянуть дѣла), или на разстояніи 25-ти шаговъ не сходя съ мѣста обмѣняться тремя выстрѣлами изъ револьверовъ, по командѣ: разъ, два, три -- огонь! съѣхавшись въ моемъ лѣсу, съ готовыми записками въ карманахъ. Время дуэли -- утро завтрашняго дня.