Одно вотъ только меня безпокоило (и я не зналъ -- отчего это такъ); ни Саши, ни Зины, ни Плющикъ -- никого со мной не было... Одно вотъ только румяное, смѣющееся сквозь слезы личико забытой мной дѣвушки,-- только оно одно и стояло предо мной, какъ живое... Ее звали -- Луша. И, Боже мой, какъ я когда-то любилъ эту Лушу! А потомъ -- мучился, плакалъ по-дѣтски... А потомъ -- и забылъ, постарался забыть... И вотъ -- теперь (почему же -- теперь?) она вдругъ и вспомнилась... Странно!..
...И зачѣмъ ты смѣешься сквозь слезы? Что? Неужели, и правда, что ты пришла проводить меня въ "страну 6извѣстную"ѣ А, что жъ, мой юный поводырь! если и такъ -- я готовъ. Да и не все ли равно? Вѣдь, не нынче -- такъ завтра, а шагъ этотъ сдѣлать придется...
-----
Я свернулъ въ лѣсъ къ назначенному мѣсту для сбора. Это была большая, ровная поляна, окруженная со всѣхъ сторонъ старымъ дубовымъ лѣсомъ. Правильная по формѣ (она представляла собой треугольникъ), окруженная колоннадой темныхъ стволовъ, она была похожа на колоссальный залъ, потолкомъ котораго было само небо. Сагинъ былъ пораженъ таинственной и мрачной красотой этой поляны...
-- Это -- пріемный залъ вашего лѣса. Или -- еще лучше -- заброшенный храмъ друидовъ...-- сказалъ онъ, увидя ее въ первый разъ.
Онъ же выбралъ ее и мѣстомъ дуэли.
Я сошелъ съ лошади, привязалъ ее и -- осмотрѣлся...
...Ну,-- грустно усмѣхнулся я:-- посмотримъ, "что день грядущій мнѣ готовитъ"... И не день даже, а-- часъ... Въ самомъ дѣлѣ: сфинксъ-тайна "грядущей" минуты скоро откроетъ свой несложный секретъ -- все будетъ ясно, понятно и просто. И цѣпь событій пойдетъ дальше и дальше ковать и вязать свои звенья...
Я закрылъ глаза -- и постарался всмотрѣться въ лицо этого сфинкса... И -- нѣтъ! Глаза сфинкса-тайны были просто темными дырами въ вѣчность, которая молчала и оставалась непроницаемой...
Я отвернулся отъ этихъ дыръ-глазъ и отыскалъ глаза Луши, которые, улыбаясь сквозь слезы, ласково смотрѣли на меня...