Иногда эти было и будетъ сливались, но часы торопились, забѣгали впередъ и снова вязали свою безконечную цѣпочку изъ словъ: было-было-было...
-- Будетъ-будетъ-будетъ...-- спорило сердце.
Я долго слушалъ этотъ курьезный споръ, пока часы не взяли верхъ и не переспорили. Оппонентъ ихъ умолкъ. Да: я продрогъ подъ открытымъ окномъ -- и ужъ не слышалъ больше этого, звучащаго надеждою, "будетъ!",-- осталось одно только: "было-было-было"...
И мнѣ стало жаль этихъ "было". Вѣдь, эти "было" -- ступени, по которымъ я шелъ... И вотъ -- онѣ скользнули мимо, и никогда не вернутся...
Кто не испытывалъ щемящаго, грустнаго чувства, глядя изъ оконъ вагона, какъ мимо быстро мелькаютъ ландшафты чужихъ, незнакомыхъ намъ мѣстъ? Ихъ, словно, теряешь... Они скользятъ и отлетаютъ куда-то въ пространство... И я никогда не буду жить въ этой красивой, уютной усадьбѣ надъ прудомъ; не буду купаться въ этой рѣкѣ; я не пройду съ ружьемъ по этимъ тѣнистымъ низинамъ болота и по этой узкой, гибкой дорожкѣ, которая свернула въ лѣсъ, спустилась въ глубокій оврагъ и, смѣло шагнувъ черезъ скалистый обрывъ лѣпкимъ мостикомъ, снова юркнула въ хлѣба и затерялась въ нихъ... А эта красивая, стройная дѣвушка, въ бѣломъ платочкѣ, которая быстро мелькнула, какъ призракъ,-- она не сестра, и не другъ мнѣ, ни даже знакомая, и я ее никогда не увижу...
А въ это время колеса вагона, которыя обладаютъ чудной способностью -- говорить все, что угодно, декламировать, пѣть даже,-- колеса вагона (вы помните это?) говорятъ что-то мучительно грустное... И какимъ демоническимъ хохотомъ звенитъ-лязгаетъ желѣзо этихъ сквозныхъ мостовъ, по которымъ несется вашъ поѣздъ...
XVII.
Странно это -- да, но фактъ налицо: я ровно ничего не знаю о прошломъ Саши. Ни кто она, эта Саша; ни откуда она; ни какъ она попала сюда. Ничего. Знаю я только то, что она взята была няней, воспитана ею, и что она даже доводится какой-то родней намъ, Абашевымъ,-- но, это и все.
Лицомъ къ лицу съ міровыми вопросами, гдѣ ужъ мнѣ было думать о Сашахъ! А, вѣдь, она могла бы быть и не такой Сашей: не только, что --музыкой формы", но и музыкой мысли и чувства... Да: она бы могла "вкусить отъ древа познанія" и стать "равной богамъ"... Положимъ, породниться съ богами недолго. Это можно, поди, и сейчасъ: стоитъ только "вкусить" плодъ запретнаго "древа" -- и сладкій Эдемъ невѣдѣнія будетъ нарушенъ. Но...
Мнѣ это "но" не нравится: оно