-- Какъ: почему? А -- затрутъ... Дѣло теперь ужъ не въ томъ, что онъ -- воръ, а въ томъ, что обошли губернатора и наступили ему на, ногу. Воръ или не воръ г. Баркинъ, а -- губернаторъ теперь за него пополамъ pазоpвется, чтобы только ткнуть прокурора носомъ... И -- нельзя: "не по чину берешь!" Развѣ не знаете? Въ этихъ плоскoстяxъ мы и теперь движемся. Мало ли кто у насъ, на Руси, не воруетъ. "Брать" надо "по чину". Да вотъ хоть бы, и нынче въ вашемъ конвентѣ... (лукаво усмѣхнулся Леоновъ),-- врядъ ли тамъ будутъ вести рѣчь о земскомъ начальникѣ Бардинѣ! Хотя, и -- кто его знаетъ! Говорю вамъ: въ нашихъ "верхахъ" претрусили (пахнетъ сквеpно!), и можетъ быть на этомъ фoне и рисунки будутъ иные... Да вотъ -- посмотримъ, посмотримъ... Только -- не думаю. Виноватъ!-- сказалъ онъ, вставая (его позвали въ контору).-- Кліентъ навернулся...
-----
Залъ Земской Управы (большая и мрачная комната) былъ уже полонъ народа, когда я вошелъ въ него. Помимо членовъ Продовольственнаго Комитета, къ которому принадлежалъ и я, здѣсь были и посторонніе посѣтители; были даже и нарядныя дамы, которыя пришли посмотрѣть и послушать...
Я прошелъ въ кабинетъ предсѣдателя. Это былъ единственный человѣкъ, съ которымъ я былъ знакомъ здѣсь. Бѣльскій сидѣлъ въ кружкѣ избранныхъ. Остальная масса, среди которой были и вовсе простые люди, въ длиннополыхъ сюртукахъ и поддевкахъ, толпились въ залѣ, или сидѣли группами у огромнаго, поставленнаго "покоемъ" стола, покрытаго зеленымъ сукномъ и обставленнаго кругомъ вѣнскими стульями...
-- А, здравствуйте, голубчикъ! Такъ и думалъ, что вы не пріѣдете...-- тихимъ, воркующимъ басомъ, съ привычной манерой пѣвца -- беречь голосъ,-- привѣтствовалъ меня, привставъ ко мнѣ навстрѣчу, Бѣльскій.-- Господа! рекомендую: г. Абашевъ. Нашъ землевладѣлецъ и коренной нашъ помѣщикъ, который до сихъ поръ все еще не хочетъ быть съ нами знакомымъ и котораго я (похвастаюсь) сумѣлъ-таки вызвать изъ его прелестнаго уголка, гдѣ онъ отъ насъ упрямо хоронится...-- и онъ назвалъ маѣ фамиліи моихъ новыхъ знакомыхъ:-- нашъ милѣйшій и несмѣняемый предводитель -- Николай Петровичъ Рузинъ; нашъ извѣстный коннозаводчикъ -- г. Шатинъ; а вотъ -- и старѣйшій нашъ земскій дѣятель, "Черная Жемчужина" нашего мѣстнаго парламента,-- г. Федотовъ (прошу любить и жаловать!); а вотъ -- и нашъ извѣстный художникъ -- г. Батонинъ. Самъ я -- артистъ Императорскихъ Театровъ -- къ вашимъ услугамъ... Какъ видите: никого изъ ряда не выкинешь! За кого ни возьмись -- политики, общественные дѣятели, артисты, художники... (воркуя мягкимъ басомъ, шутилъ Бѣльскій).-- Ну-съ, господа, пора и начинать! Косо еще нѣтъ, такъ -- подъѣуутъ. Пожалуйте! и онъ пригласилъ насъ всѣхъ въ залъ.
При появленіи Рузина и Бѣльскаго, въ залѣ произошло движеніе. Всѣ засуетились и сгрудились у боковыхъ крыльевъ стола, спѣша занять мѣста, смѣясь чему-то, переговариваясь и гремя стульями... Оказалось, что, помимо членовъ Продовольственнаго Комитета, здѣсь были еще и члены Краснаго Креста, въ собраніи которыхъ предсѣдательствовалъ предводитель, и засѣданіе которыхъ было, почему-то, пріурочено къ нынѣшнему вечеру.
Двое предсѣдательствующихъ -- Рузинъ и Бѣльскій -- сѣли рядомъ, во-главѣ стола, и невольно напрашивались на сравненіе. Рузинъ выдѣлялся своей породистой и аристократической внѣшностью. Красивый, съ эффектно поставленной на немного сутулыхъ плечахъ головой, въ серебрѣ своихъ курчавыхъ сѣдинъ, изящно зачесанныхъ назадъ съ элегантно постриженной окладистой бородкой съ ласковой улыбкой въ концахъ губъ онъ производилъ обаятельное впечатлѣніе. Бѣльскій, напротивъ,-- съ своимъ суровымъ профилемъ варяга съ бритымъ, энергично выступающимъ, подбородкомъ, выраженіе котораго немного смягчалось пушистыми русыми усами, концы которыхъ красиво выдавались рогами впередъ, и небольшой эспаньолкой подъ нижней губой,-- давалъ впечатлѣніе человѣка недюжинной воли. Чувствовалось, что воркующій басъ этого, тихо говорящаго, человѣка, при случаѣ, могъ дорасти и до громовыхъ раскатовъ. Я зналъ его, какъ пѣвца, и привыкъ почитать въ немъ артиста-художника. Онъ былъ еще въ разсвѣтѣ своей славы, когда изъ каприза покинулъ сцену и сталъ запаснымъ агрономомъ и земскимъ дѣятелемъ.
-- Ну-съ, господа!-- началъ Бѣльскій.-- Надѣюсь, что вы ничего не будете имѣть противъ моего согласія, даннаго мною г. предводителю,-- указалъ онъ на Рузина,-- относительно нашихъ совмѣстныхъ занятій (хотя бы на первое время). Это будетъ, безспорно, имѣть свои хорошія стороны. Мы работаемъ общую работу, и должны не бѣгать отъ возможности, такъ или иначе, пополнять свои свѣдѣнія относительно, какъ самаго дѣла, такъ и тѣхъ способовъ, которые практикуются нашими сотоварищами-сотрудниками. Я, по крайней мѣрѣ, думаю такъ...-- закончилъ Бѣльскій, садясь на мѣсто.
Съ нимъ согласились.
Всталъ Рузинъ.