-- Найда.
-- Милый, милый!-- нѣжно шептала она, поцѣловавъ и моего коня въ мягкія, теплыя ноздри.-- Боится меня -- не пггивыкъ...
Я обнялъ ее, разцѣловалъ ея смуглое личико, на которомъ легли уже свѣтлые тоны зари, и -- уѣхалъ...
Я ѣхалъ по узкой межѣ, утопая во ржи, которая разступалась, какъ волны, и, взмахиваясь назадъ и замыкаясь за мной, осыпала меня (словно -- жемчугомъ) сбитой росой, щекотала мнѣ ноги и -- ущемляясь въ стремянахъ -- обрывалась съ короткимъ и стонущимъ звукомъ, какъ обрываются струны...
А прямо передо мной, чуднымъ рубиномъ, сіялъ великолѣпный богъ Таштеръ, которому обо мнѣ теперь будетъ молиться смуглолицая, гибкая дѣвочка дикихъ шатровъ (дойдетъ ли ея молитва до неба?); а выше -- многограннымъ брилліантомъ -- переливало созвѣздье Плеядъ, дрожа и искрясь, и отливая огнями...
Надъ селомъ и въ лощинахъ вставали сѣдые туманы и лѣниво куда-то ползли, протянувъ свои длинныя лапы... А лѣсъ словно горѣлъ -- онъ охваченъ былъ дымомъ...
Я задержалъ лошадь -- и осмотрѣлся кругомъ...
...Хорошо! О, если бъ всегда это было!..
Въ дымныхъ тучкахъ пурпуръ розы,
Отблескъ янтаря,