-- Надо не "видѣть" (этого мало), а -- знать...-- сказалъ онъ.-- Вы вотъ что: выпейте-ка этой микстурки и лягте усните. Лучше такъ будетъ. И вѣрьте: ей лучше. Скоро все кончится...
Я выпилъ то, что мнѣ дали, и -- помню -- скоро уснулъ...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Мнѣ снилось, что кто-то хочетъ отнятъ у меня отрѣзанную косу Елены, которую я прижимаю къ груди и не хочу отдать... Я не вижу того, кто хочетъ отнятъ. И, сотрясаясь отъ ужаса, напряженно смотрю на открытую дверь, за которой стоитъ тотъ, кто хочетъ отнятъ... И вотъ (это было ужасно!) -- длинная, желтая рука скелета протягивается вдругъ изъ-за двери и тянется... тянется... ближе -- ко мнѣ... Я пячусь назадъ и прижимаюсь къ стѣнѣ. А она все тянется -- ближе и ближе... Она уже почти касалась меня, какъ я вдругъ схватилъ что-то тяжелое и -- напрягая всѣ силы -- ударилъ по ней... Рука скелета разсыпалась и застучала костями по полу...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Я быстро вскочилъ...
Въ комнатѣ было свѣтло. Напротивъ двери въ комнату Елены стояли Андросъ и Вѣра Николавна. Кто-то изъ нихъ уронилъ стаканъ -- и онъ упалъ и разбился... Лица у нихъ были блѣдный И въ тотъ моментъ, когда я открылъ глаза, Вѣра Николаевна порывалась куда-то итти, а онъ -- не пускалъ ее...
-- Ну, что?-- спросилъ я, быстро вставая...
Андросъ взглянулъ на меня и -- потупился...
А та -- хотѣла что-то сказать... но вдругъ лицо ея исказилось страшной гримасой -- и она закричала, какъ изступленная...