ГЛАВА ТРЕТЬЯ.
Бесѣдуя, мы не замѣчали, какъ бѣжитъ время -- и удивились, когда поѣздъ остановился у вокзала губернскаго города. Поднялась обычная сутолка: носильщики, извозчики и затѣмъ -- скучный переѣздъ до гостиницы...
Добравшись до номера, усталый, разбитый, предвидя къ тому же безсонную ночь, я поторопился лечь спать, Костычовы ушли въ городъ.
Вечеромъ, мы собрались за чаемъ.
Номеръ, гдѣ помѣстились Костычовъ и я (Зина была нашей сосѣдкой), былъ угловой, просторный, съ балкономъ; и выборъ нашъ -- гдѣ пить чай -- остановился на немъ. Въ открытыя настежь окна и дверь балкона вливался свѣжій, вечерній воздухъ. Изъ городского сада,-- онъ былъ напротивъ,-- къ намъ доносились звуки мазурки... Съ высоты трехъ этажей намъ далеко было видно и за городъ, поверхъ его -- капризно разбросанныхъ -- крышъ. Видны были: лугъ, поле и дальше -- на горизонтѣ -- длинная полоса лѣса, съ дымкомъ посрединѣ (то -- шелъ поѣздъ),-- и все это было залито розовымъ свѣтомъ зари...
-- Не правда ли, какъ хорошо здѣсь?-- сказала Зина, возясь съ самоваромъ.-- Просторно, легко. Я очень люблю этотъ номеръ за видъ. Смотрите: вонъ -- поѣздъ подходитъ... Помните у Апухтина:-- "Кто съ этимъ поѣздомъ къ намъ ѣдетъ? что за гости?" -- выразительно продекламировала она -- и, привставъ, засмотрѣлась въ картинной позѣ, изящная; стройная.-- Да,-- "что за гости"?..
-- Да! кстати,-- вспомнилъ вдругъ я.-- Скажите (я и забылъ!): кто это ѣхалъ со мной? Онъ говорилъ съ вами на станціи... Знаете, я всю дорогу, какъ сѣлъ въ вагонъ, мучительно занятъ этимъ человѣкомъ. Вы (какъ?) хорошо его знаете? Кто онъ?
-- Какъ же!-- протянулъ Костычовъ, усмѣхаясь недоброй усмѣшкой,-- знакомы, знаемъ... Это -- Абашевъ. Помѣщикъ. Сосѣдъ нашъ. Знакомый намъ по Петербургу еще. Это -- слабость сестры. Она очень благоволитъ къ нему. А мнѣ... этотъ человѣкъ не нравится. Я не люблю его!-- подергивая плечомъ, сказалъ Костычовъ и -- наклонился къ стакану.
Я покосился на Зину.
-- Да,-- братъ не любитъ его...-- отозвалась она.-- И -- дѣло обычное -- несправедливъ къ нему. Вѣдь это такъ трудно: не любить и быть справедливымъ...