"Наконецъ, привязанность къ мужу и желаніе вывести его самого изъ того невыносимаго положенія, въ какомъ находился онъ, терпя отъ родителей ежедневныя угнетенія, она приняла предложеніе, и 23 марта 1852 года ее "перекрестили" въ моленной Мокеева. Крестилъ ее ночью наставникъ поморской секты, Ларіонъ Сергѣевъ Плаксинъ; воспріемниками были: Алексѣй Васильевичъ Стешевъ и купчиха Татьяна Ѳедотовна Мыльникова; при этомъ были также: свекоръ, свекровь, золовка ея Авдотья Степановна, и мѣщанская дѣвушка Аграфена Зиновьевна Забѣлина, которая помогала Плаксину, читая за дьячка. Вода была холодная, и она, Марья Мокеева, какъ отъ простуды, такъ и отъ сильнаго душевнаго волненія (ей дано было новое ими), одѣлялась на другой день больна и четыре дня пролежала въ постели въ жару и безъ памяти. И хотя она нѣсколько оправилась, но долго ее мучила совѣсть, что сдѣлала такой страшный грѣхъ, принявъ противъ воли и желанія вторичное крещеніе. Впрочемъ, при совершеніи надъ нею этого обряда, на нее напалъ такой ужасъ, что она совсѣмъ почти потеряла въ то время сознаніе и очень смутно понимала то, что съ нею дѣлали..... Однако и послѣ "перекрещенія" положеніе ея въ домѣ Мокеевыхъ нисколько не улучшилось, хотя она жила смиренно, покорно подчиняясь всѣмъ принятымъ въ домѣ порядкамъ и обычаямъ. Старики боялись, чтобы она не высказалась передъ своимъ родителемъ о томъ, во-первыхъ, что ее вѣнчали не въ церкви, и, во-вторыхъ, о томъ, что ее "перекрестили", поэтому не пускали ея къ нимъ въ домъ и, когда она сдѣлалась больною, родителямъ ея не дали даже знать объ этомъ. Все это она терпѣливо переносила, любя своего мужа, хотя часто задумывалась надъ своею жизнію, и въ такіе часы особенно сильно совѣсть щемила ей сердце. Ей было тяжело сознавать и то, что ея бѣдные родители, отецъ и мать, такъ страстно ее любившіе и изъ любви къ ней рѣшившіеся выдать ее въ семью чуждыхъ имъ по вѣрѣ людей, остаются до сихъ поръ обманутыми.... Много разъ она совѣтовалась съ мужемъ своимъ, прося его отдѣлиться отъ отца, но мужъ уговаривалъ ее потерпѣть еще не много, и такъ шли дни за днями. Наконецъ, она разрѣшилась отъ бремени сыномъ. Гдѣ и когда крестили ея ребенка, она не знаетъ, а ей сказали только, что его зовутъ "Иваномъ", и больше ничего. Послѣ родовъ она заболѣла горячкою и очень долго не видѣла своего сынка и не знала, кто кормилъ его. Мужъ во все время ея болѣзни не отходилъ почти отъ ея кровати, оказывая ей самое нѣжное вниманіе и ласки, но это стоило ему большихъ непріятностей: старуха мать злилась и ворчала на него за то, что такъ сильно пекся о ней и не оставлялъ ее одну. Много, очень много претерпѣлъ онъ отъ стариковъ, и особенно это" матери сноси, за его привязанность и любовь къ женѣ... По выздоровленіи она не была уже въ силахъ сносить притѣсненій отъ Мокеевыхъ и съ согласія и разрѣшенія мужа ушла въ домъ своихъ родителей {Деревянный, въ три окошка на улицу, съ маленькимъ мезониномъ на верху, домъ Петра Адріановича Дегтярева цѣлъ до настоящаго времени. Онъ находится на правой сторонѣ Булака, у моста, противъ второй гимназіи, и принадлежатъ теперь стекольщику Соловьеву. Въ этомъ домѣ родилась и выросла Марія Петровна, по Печерскому Гавриловна, и отсюда же выходила она замужъ за Мокеева.} съ тѣмъ, чтобы не возвращаться въ Мокеевскій домъ"....
Мы не станемъ утруждать вниманіе читателя выписками изъ "дѣла" многочисленныхъ свидѣтельскихъ показаній, въ которыхъ рѣзко различались одинъ это другого два направленія: сторонники стариковъ Мокеевыхъ, принадлежавшіе къ одному съ ними религіозному согласію, показывали въ пользу ихъ, а другая часть свидѣтелей, сочувствовавшая сторонѣ Деггяревыхъ, держала руку этихъ послѣднихъ.
При произведенномъ въ домѣ Мокеева обыскѣ найдены разныя старопечатныя книги, рукописные духовные сборники и цвѣтники. Кромѣ множества старинныхъ иконъ, украшавшихъ углы почти всѣхъ комнатъ, имѣлись литографированные портреты старообрядческихъ отцовъ и "страдальцевъ за вѣру": Аввакума Петровича, Никиты Константиновича, Андрея Денисовича (кн. Мышецкаго), Данилы Никулина, Ману ила Петровича, игуменіи Соломоніи Денисьевны (сестры Андрея Мышецкаго) и Павла, епископа коломенскаго, сосланнаго при Алексѣѣ Михайловичѣ за отказъ подписать соборное проклятіе на употребляющихъ двуперстіе и потомъ сожженнаго въ срубѣ. Всѣ эти вещи: книги, иконы и портреты, а также кадильницы съ рукоятками, лѣстовки, подручники, желтаго воска свѣчи и ладанъ,-были конфискованы и увезены полиціей въ духовную консисторію (см. листъ 156-й "дѣла").
Результатомъ произведеннаго слѣдствія явилось слѣдующее судебное постановленіе, приводимое нами подлинникомъ изъ архивнаго дѣла.
"Казанскій городовой магистратъ мнѣніемъ своимъ, состоявшимся 23 марта 1856 года, постановилъ: 1) казанскаго купца Степана Яковлева Мокеева, жену его, Акулину Максимовну, и сына Степана, по предмету повѣнчанія Марьи Дегтяревой по старообрядчески противу воли ея и согласія родителей, а равно и но предмету принужденія перекреститься въ ихъ поморскую секту, на основаніи 1169, и70 ст. XV тома сп. зак. угол. и 97 ст. уложенія, какъ не сознавшихся и не уличенныхъ, отъ суда по сему дѣлу освободитъ; 2) прочихъ оговоренныхъ Дегтяревыми казанскихъ мѣщанъ Ларіона Козьмина Плаксина, Елисѣя Кузьмина, Степана Степанова Стахѣева, жену его Ѳедосью Степановну, Татьяну Ѳедотову Мыльникову, Аграфену Зиновьеву Забѣлину, Нареена Иванова Камеди на, Прасковью Степанову Чиркову, по несознанію и не доказательству ни въ какомъ преступленіи, по тѣмъ же 1169 и 1176 ст. XV т. и 97 ст. улож., отъ суда но сему дѣлу освободить; 3) мѣщанину Дегтяреву и его дочери предоставить право доказывать свою претензію отъ дѣла сего особо съ ясными доказательствами; 4) обстоятельство, относящееся до повѣнчанія Степана Мокеева съ Марьею Дегтяревою по-старообрядчески, за состояніемъ издавна въ расколѣ оставить безъ преслѣдованія; 4) купеческаго сына Степана Степанова Мокеева, изъявившаго желаніе присоединиться къ православной церкви безусловно, отослать въ Казанскую духовную консисторію для надлежащаго съ ея стороны въ отношеніи его распоряженія, и 5) издержанныя чиновникомъ особыхъ порученій при г. министрѣ внутреннихъ дѣлъ Мельниковымъ, во время производства по сему предмету слѣдствія деньги 784 р. 50 к. сер. по неоткрытію виновныхъ принять на счетъ казны.
"Опись съ дѣломъ повѣрялъ столоначальникъ Кіаксаровъ, и недостатковъ въ ней нѣтъ.
"Законами повелѣно: тома XI, уст. предупр. и пресѣч. преступленій статьею 60:
"Раскольники не преслѣдуются за мнѣнія ихъ о вѣрѣ; но запрещается имъ совращать и склонять кого либо въ расколъ свой, подъ какимъ бы то видомъ ни было, чинить какія либо дерзости противу православной церкви или противу ея священнослужителей и вообще уклоняться почему либо отъ соблюденія общихъ правилъ благоустройства, законами опредѣленныхъ.
"Ст. 92: Полиція не должна входить въ частныя ссоры и несогласія между супругами; въ случаѣ же преступленія уголовнаго обязана, сообразуясь съ законами, производить слѣдствіе и предавать дѣло суду.
"Если случилось, что судебными приговорами, по упомянутымъ взысканіямъ учиненными, никто виновнымъ признанъ не былъ, то и о семъ судебныя мѣста увѣдомляютъ казенныя палаты, а сіи, получивъ таковыя увѣдомленія, деньги, по означеннымъ взысканіямъ употребленныя, записываютъ въ невозвратный расходъ, исключая оный изъ недоимокъ установленнымъ порядкомъ. Сія записка изъ дѣла составлена правильно, приличные законы списаны всѣ и болѣе приличныхъ законовъ но сему дѣлу нѣтъ, въ чемъ и подлежу отвѣтственности по законамъ за всякую неисправность, секретарь Октаивъ.