-- Ты дура!
-- Извѣстно дура, гдѣ ужъ намъ ума нажить,-- женское дѣло.
Онъ говорилъ ей ты, а она ему вы, и вообще относилась къ нему съ особымъ почтеніемъ и даже страхомъ.
-- Время надо, батюшка, Степанъ Ивановичъ, потерпите.
-- Терпѣть намъ не полагается, потому мы деньги платимъ, понимаешь ли ты?
-- Понимать-то понимаю, а только все же обождать надо, теперь у нихъ еще деньги водятся, а вотъ какъ всѣ выйдутъ...
-- Какія у нихъ деньги,-- перебилъ Степанъ Ивановичъ,-- нищіе!
-- Сама видѣла, своими глазами, какъ старуха въ чайномъ магазинѣ сторублевую бумажку мѣняла.
-- Великія деньги -- сторублевая бумажка.
-- Какъ для кого; для бѣднаго человѣка цѣлый капиталъ.