-- Как ты глупо спрашиваешь, Агаша! Разумеется, чтобы ты осталась со мною.
-- А тебе стыдно признаться Ольге Александровне?
-- Конечно, неловко!
-- Что же ты, Владимир Александрович, по гроб жизни, что ли, собираешься прятать меня от людей?
-- Не по гроб жизни, а... так, чтобы громко... афишировать... чтобы все знали... я не могу!
-- Все не все,-- подумав, сказала Агаша,-- но от Ольги Александровны в этом разе не укроешься: она не дура, сообразит... И она тебе за меня не простит. Это я тебе в глаза пророчу: поссоритесь.
-- Ах, Боже мой! разве я не понимаю? Потому-то я и не решаюсь говорить с нею откровенно: мне ее жаль будет.
-- Ну а если она не от тебя, но стороною узнает? Будто не все равно?
-- Тогда... тогда...-- пробормотал Володя.-- Тогда, по крайней мере, не я начну...
-- Поссориться-то во всяком случае придется!-- твердо указала Агаша.