-- Были примеры?
Катерина Харитоновна, сквозь дымное облако, кивнула головой.
-- Запопала им в лапы,-- протяжно начала она,-- некая Лиляша, прелюбопытная особа, москвичка родом и не из простых!.. Нас с вами здешняя сволочь дразнит благородными и образованными, а Лиляшу не грех было бы и ученою назвать. И из семьи такой -- интеллигентной, профессорской, даже очень известной,-- только, как видно, правда, что в семье не без урода. Как она свертелась и "дошла до жизни такой", это я вам когда-нибудь в другое время расскажу; на досуге, сейчас не в том дело. Летела, свертевшись, как водится, со ступеньки на ступеньку,-- сперва в Москве, а как из Москвы ее выставила полиция, прикомандировала сюда. По барству своему, работала она с факторшей, а факгоршей имела свою бывшую горничную, Дросиду Семеновну. Вы ее, конечно, знаете. Теперь она у Буластихи держит квартиру на отчете. Шельма, каких мало. Рассчитывала Лиляша устроиться к Рюлиной -- проманулась: Аделька забраковала, что стара. Ну,-- к Буластихе. Здесь хозяйка с Федосьей обрядили ее в хомут,-- валяй в хвост и в гриву! Долго ли, коротко ли,-- не стерпела, взвыла. Улучила случай, что занесло к нам богатенького "понта", который знал ее в приличных барышнях, да, по сговору с ним,-- взял он ее к себе на дом, будто на ночевку,-- поехала и, ау, не вернулась!.. очень просто!..
-- Что же, этот "понт" на содержание ее, значит, взял? -- перебила Маша.
-- Нет, только помог выбраться из нашей ямы.
-- Выбраться... А дальше-то, выбравшись, как?
-- А дальше, конечно, сперва пришлось Лиляшке туто. Накатила ее Буластиха, и было все по порядку, чего вы, Маша, боитесь: участок, книжка, докторские осмотры, сыщики,-- весь жалкий жребий проститутки-одиночки... Погибель! Казалось, нет тебе другого исхода: судьба так и прет тебя рожном кончать жизнь либо в реке, либо в бардаке. И вдруг -- случайная встреча тоже с стародавним знакомым... артист оперный Леонид Яковлев... конечно, слыхали?.. Узнал Лиляшу, ахнул, видя, до чего она пала и в какой грязи тонет, и помилосердовал: выдернул увязшую из трясины и поставил на ноги...
Марья Ивановна с недоверием качнула головою.
-- Ну... уж это ей, вашей Лиляше, повезло счастье какое-то необыкновенное! Должно быть, в сорочке родилась.
-- Конечно, счастье,-- согласилась Катерина Харитонова,-- да ведь счастье-то летучая птица: его надо за хвост ловить тоже на воле, из клетки не поймаешь.