-- Мучительный человек!
-- Вы долго его знали?
-- Нет, где же? С Иматрою, шхерами, с Ялтою,-- всего три недели. И то его главный секретарь, который с нами ездил, удивлялся, что так долго. Это редкость, чтобы он взял женщину с собою в путешествие. Ведь ему во всех городах, по маршруту, куда он направляется, заранее готовят новую. И, непременно, чтобы девушка. Он живет с нею несколько дней, а потом возненавидит и уже лица ее выносить не может. Меня тоже чуть не задушил.
-- Даже? За что?
Марья Ивановна, как ни была расстроена, а улыбнулась.
-- За козла принял!
-- Черт знает что!
-- Мало что не убил, дурак!.. И -- главное: где его угораздило,-- на Учан-Су. Наконьячился по дороге и пошел юродствовать. Придрался: почему в Учан-Су воды мало? Это не хороший вид, если в водопаде воды нет, это недобросовестность против путешественников!.. Я, сдуру, и пошути ему: "Должно быть, говорю, ваш козел здесь был и, на зло вам, всю воду выпил!.." А он осатанел: хвать меня за горло и к обрыву тащит!.. Я кричу: "Was machen Sie, Exellenz? Lassen Sie mich! Ich bin kein Bock, ich bin Ihr kleines Schäfchen!" {"Что вы делаете, ваше превосходительство? Отпустите меня! Я не козел, я ваша маленькая овечка!" (нем.).} -- "Врешь, все вы одна шайка!.. Ты с ним сговорилась!.." Спасибо, проводники отняли!.. И больше,-- как отрезало,-- уже не захотел меня видеть. В тот же вечер отчалил на своей яхте в Константинополь.
-- А зачем это вы с ним все по водопадам скитались? То на Иматру, то на Учан-Су?
-- Тоже страсть. Как же? Помилуйте,-- в Африке на Замбези был, в Полинезию нарочно ездил смотреть какие-то горячие каскады... Должно быть, потому наш Учан-Су так его и разобидел...