-- В чем вас обвиняют? -- спросил я одного, когда он возвратился от следователя с допроса.

Недоумело разводит руками.

-- Черт его знает, что он городит... какую-то ерунду... "Вы,-- говорит,-- лично ни в чем покуда не заподозрены, но вы принадлежите к персоналу опасного учреждения..." -- "Помилуйте,-- говорю,-- что это вы? чем может быть опасна наша "Стройсвирь"? Не на врагов "социалистического отечества" работаем, на вас же, на Р.С.Ф.СР.!.." -- "Вот,-- возражает он,-- тем-то она и опасна, что уж очень усердно работает. По отчетам ревизии похоже на то, что ваша "Стройсвирь" затем и учреждена, чтобы высосать из Советской республики все ее средства..."

"Стройсвирцы" встретили эту курьезную инкриминацию взрывом хохота, но один, хотя смеялся больше других, одобрил:

-- А что же? Прав, каналья! Ведь и в самом деле похоже. Декабрьские газеты принесли известие, что в Москве

арестован весь служебный состав жилищных комиссий, т.е. уже не десятки, а сотни чиновников... К слову отметить: в очень интересной и правдоподобной корреспонденции "Руля" из "Красной Москвы" я нашел, будто численность советской бюрократии там достигла 240 000! То есть -- 20 процентов населения! Ну, такой жуткой цифры, признаюсь, я не ожидал, даже имея пред глазами чудовищное размножение бюрократии в "Красном Петрограде".

Советский чиновник, не берущий взяток, редкость вроде белого дрозда. Да и как ему не брать? Ведь без взятки он обречен умереть от голода. Разве что государство особенно дорожит им -- настолько, чтобы обеспечить его существование какими-нибудь сверхъестественными пайками. Обыкновенно бывает так, что чиновник и сверхъестественные пайки получает, и взятки дерет с живого и мертвого. Незадолго до моего отъезда из Петрограда служащая интеллигентка, не так давно еще женщина самого щепетильного бескорыстия, призналась мне:

-- Вы думаете, я не беру? Очень беру. Только что не вымогаю,-- этого не умею, противно, а то -- дадут, так беру.

-- Да зачем вам? -- озадачился я.-- Женщина вы одинокая, достаток кое-какой сохранили, паек получаете хороший,-- много ли вам надо? проживете и без того...

-- Затем,-- отвечает,-- что иначе меня выживут со службы, подведут под скандал. Нельзя не брать там, где все берут,-- прослывешь опасною личностью...