Совершенно не понимая необходимости партийных программ и партийной дисциплины, считая деятельность революционных партий вредной для цели восстания, он глубоко верил только в себя, был фанатически убежден, что революция в России должна произойти только под его руководством. По приезде за границу поставил себе целью взять в свои руки все партии с их организациями и силами. Вначале не сомневался, что будет без разговоров признан вождем революции и все партии преклонят перед ним, как перед победителем, свои знамена. Когда же с первых шагов столкнулся с вопросом о каких-то теориях, программах и разногласиях, он решил обойти эти препятствия при помощи примитивной хитрости. Начал с того, что соглашался со всеми. Социал-демократам говорил, что разделяет их программу, а социалистам-революционерам, что во всем с ними согласен. Потерпев на этой почве полное фиаско, решил добиться цели иным путем, решил использовать свою огромную популярность в партийных кругах для объединения всех партий и организаций в боевой союз, рассчитывая стать во главе его. За выполнение этого плана он принялся в середине или в конце марта.
V.
После первых встреч Гапон начал часто захаживать ко мне. Он в это время был всецело занят составлением и корректированием своих "Воззваний". Настроение его было приподнятое, жизнерадостное. Таинственно намекал, что подготовляет какие-то крупные дела, что скоро ему придется "выступить", и неизменно прибавлял, что все "будет хорошо".
Однажды пришел он ко мне с таинственным видом и сообщил, что решил созвать конференцию из представителей всех революционных партий и организаций для взаимного соглашения о совместном выступлении.
-- Надо взять их за чубы и свести вместе, иначе никакого толка не будет! -- пояснил он.
Ко мне он обратился с просьбой взять на себя секретарство по созыву конференции и заняться ее организацией.
Я ответил, что отношусь скептически к успеху предприятия: вследствие программных разногласий конференция, вероятно, расстроится раньше, чем придут к какому-нибудь соглашению.
-- А я не допущу, не допущу! -- загорячился он. -- Мне нужно, чтобы согласились на практическом боевом деле. А их споры и грызня -- на черта мне нужны!
-- Мне надоело здесь сидеть, -- пояснял он дальше. -- Надо ехать в Россию, надо! А ехать без готового дела нельзя... Понимаете! Надо, чтобы все было подготовлено заранее, чтобы я приехал в последнюю минуту для выступления... Ну, вот! А если не пойдут на соглашение, плюну -- и начну действовать сам! Ничего, увидите, увидите! Стоит мне только кликнуть клич! За мною сотни тысяч рабочих пойдут!
Гапон принялся горячо за созыв конференции. Был выработан текст приглашения, которое было разослано в центральные комитеты следующих организаций: 1) социалистов-революционеров, 2) социал-демократов меньшевиков (тогда они назывались "плехановцами" или "мягкими"), 3) социал-демократов большевиков ("ленинцев" или "твердых"), 4) Бунда, 5) Польской социалистической партии (P. P. S.), 6) Польских социал-демократов, 7) Латышской социал-демократической партии, 8) Латышского социал-демократического союза, 9) Белорусской Громады, 10) Армянской социал-демократической партии, 11) Армянских федералистов ("Дашнакцутюн"), 12) Финляндской социал-демократической партии и 13) финляндского "Союза активной борьбы".