"Куда меня занесет? -- думал солдат. -- Да, без сомнения, это проделки чертенка... Ах, если бы рядом со мной здесь сидела маленькая дама! Пусть было бы темно, во сто раз темнее, и то бы ничего"...
Внезапно выскочила водяная крыса, жившая под мостом у сточной канавы.
-- А паспорт у тебя есть? -- крикнула крыса. -- Подавай сюда паспорт!
Но оловянный солдат молчал и только крепче сжимал свое ружье.
Лодка мчалась вперед, а крыса ее нагоняла. Ууу! Как она лязгала зубами и кричала соломинкам и стружкам: -- "Держите его! Держите! Он не заплатил пошлины! Он не показал паспорта!"
Но течение всё ускорялось; оловянный солдат видел, как уже в конце трубы начинало светлеть, слышал впереди себя страшный шум, который мог испугать самого отчаянного, самого храброго человека. Вообразите себе: там, где кончалась труба, сточная канава примыкала к большому каналу, и выехать в него оловянному солдату было бы так же опасно, как нам попасть в огромный водопад.
Задержать лодку уже не было никакой возможности, она мчалась вперед, и оловянный солдат старался держаться как можно прямее; никто не мог бы упрекнуть его, что он сморгнул хоть одним глазом. Лодка перевернулась три-четыре раза и до краев наполнилась водой. Последний час его настал. Оловянный солдат уже стоял но горло в воде, а челн погружался всё глубже и глубже, бумага размокла; вода хлынула над головой солдатика. В последний раз мелькнул перед ним образ хорошенькой маленькой танцовщицы, и в ушах прозвучало:
Прощай, о, храбрый воин!
От смерти не у йдешь!
