Съ этими словами онъ всталъ съ мѣста; одновременно съ нимъ вскочилъ на ноги и Стемидъ.
-- Неужели мы больше не встрѣтимся?-- вскричалъ онъ;-- я хочу еще хоть одинъ разъ послушать твоихъ рѣчей; скажи, гдѣ ты живешь?... Какъ тебя звать?...
-- Меня зовутъ Петей, а живу я въ Кіевѣ, неподалеку отъ Подола.
-- Пожалуй, по сосѣдству съ моимъ дядей, онъ рыболовъ...
-- Можетъ быть; мой отецъ тоже былъ рыболовомъ; теперь мы съ матерью продолжаемъ его дѣло... Я ловлю рыбу, мать вяжетъ и чиститъ сѣти... Будешь въ Кіевѣ у дяди,-- заходи; насъ найти легко. Спроси "рыбака -- Петю",-- всякій знаетъ.
-- Ладно,-- отозвался Стемидъ и, когда Петя хотѣлъ вторично уже удалиться, ухватился за него обѣими руками, проговоривъ прерывисто:-- ты христіанинъ?
Петя утвердительно кивнулъ головой.
-- Приду; непремѣнно приду. Ты мнѣ что-нибудь разскажешь о вашемъ Богѣ и о томъ, какъ надо Ему молиться...
-- Охотно. А до тѣхъ поръ я буду молиться за твоего дѣдушку... Мы съ матерью часто ходимъ молиться на то мѣсто, гдѣ раньше стояла христіанская церковь во имя Николая Чудотворца, но теперь ея нѣтъ: злой князь Святославъ, разорилъ нашъ храмъ, и на мѣстѣ его остались однѣ развалины; однако Кіевскіе христіане все же собираются туда для молитвы.
Съ этими словами Петя еще разъ дружески кивнулъ головой Стемиду и пошелъ впередъ, по дорогѣ къ Кіеву.