-- Господь съ тобою, Петя, никогда я не собирался драться, это случилось ненарокомъ, отвѣтилъ Вася въ свое оправданіе.
Но Петя ничего не хотѣлъ слушать. Онъ пришелъ въ сильное раздраженіе, кричалъ, бранился и, въ концѣ концовъ, вздумалъ упрекать Васю его бѣдностію. Онъ говорилъ, что Вася нищій, оборванецъ, живетъ у Никитиныхъ изъ милости, ѣстъ чужой хлѣбъ и забываетъ, что Никитины во всякое время могутъ Васю выгнать, да, навѣрно, и выгонятъ, когда онъ, Петя, на него пожалуется.
-- Такою дрянью, какъ ты, не станутъ дорожить, проговорилъ въ заключеніе Петя.
-- Замолчи, не смѣй его обижать, раздался дрожащій отъ волненія голосъ Миши. Ему отецъ не разъ внушалъ, что человѣкъ гораздо-меньше беретъ грѣха на душу, если откажетъ ближнему въ пріютѣ и кускѣ хлѣба, чѣмъ,-- давая то и другое,-- начнетъ упрекать его. Онъ говорилъ, что за такой упрекъ Богъ строго наказываетъ...
Петя въ первую минуту съ удивленіемъ взглянулъ на своего маленькаго товарища. Онъ не привыкъ къ противорѣчію, и удивленіе сейчасъ же смѣнилось злобой. Петя сжалъ кулаки и, набросившись на Мишу, началъ бить его. Миша, конечно, сталъ защищаться. За Мишу вступился Вася,-- завязалась общая драка... На крикъ мальчиковъ прибѣжала боярыня Ртищева, а за нею и самъ бояринъ.
-- Что случилось? спросилъ послѣдній, стараясь разнять мальчугановъ.
-- Я не хочу больше играть съ ними, они меня бьютъ!.. кричалъ Петя и, бросившись къ отцу, принялся взводить на своихъ товарищей разныя небылицы.
-- Уходите вонъ! сердито крикнулъ тогда бояринъ.
Миша и "Вася молча повиновались.
Придя домой, они разсказали о всемъ случившемся.