Въ прежніе годы, до войны съ нѣмцами, въ селѣ Михайловскомъ молодежь обоего пола обыкновенно на святкахъ собиралась къ сосѣдямъ на посидѣлки. туда же приходили и ряженые...
Рыболовъ Никита неизбѣжно появлялся въ эти собранія въ вывороченномъ мѣхомъ на верхъ овчинномъ тулупѣ, представляя собою медвѣдя. На потѣху публики, онъ барахтался по полу, съ ревомъ подбѣгалъ къ малымъ ребятишкамъ и къ краснымъ дѣвушкамъ. Тѣ, дѣлая видъ, будто пугаются, съ визгомъ и хохотомъ забивались по угламъ... Сапожникъ Еуземка, извѣстный весельчакъ, появлялся на тѣ же посидѣлки выряженнымъ не то туркомъ, не то казакомъ. Онъ такъ ловко забавлялъ всѣхъ потѣшными прибаутками, наигрывая на гармоніи плясовыя пѣсни, притопывая ногами, что заражалъ своимъ весельемъ окружающихъ... Не только молодежь, а и старые, и малые, всѣ пускались подъ его веселую музыку въ плясъ... Словомъ, веселье шло такое, что, какъ говорится, дымъ стоялъ коромысломъ; съ посидѣлокъ, бывало, не расходились вплоть до разсвѣта. Нынче же было совсѣмъ не то...
Въ каждой почти семьѣ не хватало кого-нибудь, изъ ея членовъ... У кого отецъ... у кого мужъ... у кого сынъ... находились на войнѣ... Не до веселья, не до пляски было оставшимся дома сельчанамъ.... Каждому думалось: что-то дѣлается тамъ, гдѣ то они, живы ли, не ранены ли? И въ воображеніи рисовались мрачныя картины... Прошелъ первый день праздника, второй, третій. Въ общемъ ни въ чемъ они; почти и не отличались отъ будней, только развѣ время тянулось дольше. Не хотѣлось сокращать его работой, да и грѣха такого никто бы не взялъ на душу...
-- Бабуся, обратился Миша къ своей старой бабушкѣ, когда они, поужинавъ втроемъ, уже укладывались спать по своимъ кроватямъ,-- у меня сегодня Степа цѣлый день съ ума нейдетъ.. Какъ ты думаешь, что это значитъ?
-- Не знаю, родимый. Можетъ, онъ также тебя вспоминаетъ. Тогда, говорятъ, съ ума нейдетъ человѣкъ...
-- Что тамъ ни говорите, а съ колечкомъ Степа какъ-то начудилъ, вмѣшалась Марина. Никакъ я не могу взять въ толкъ, что такое Игнатій въ своемъ письмѣ разсказываетъ...
И разговоръ на эту тему надолго занялъ семью Игнатія. Бесѣда затянулась едва не до полуночи, и вотъ въ эту позднюю пору на дворѣ вдругъ раздался; громкій лай Полкана. Дворовый несъ со всѣхъ ногъ бросился къ воротамъ, потомъ послышался скрипъ полозьевъ по мерзлому снѣгу, и у воротъ остановились сани.
Миша подбѣжалъ къ окну, и такъ -какъ ночь была звѣздная и лунная,-- то онъ легко разсмотрѣлъ пріѣзжихъ.
-- Кажись, къ намъ подъѣхали? спросила Марина. Кому бы только быть въ такую позднюю пору?..
-- Да, у воротъ стоятъ санки, отвѣчалъ Миша. Лошадь-то, никакъ, отца Павла... Вѣрно, батюшка въ городъ ѣздилъ за покупками... Можетъ, съ почты ламъ письмо есть...