"Мери привели въ чувство и она, рыдая, бросилась на грудь мужа.
"Онъ разсказалъ ей, что непреодолимая сила влекла его домой, такъ что онъ не могъ даже послать въ судъ извиненія насчетъ своего отсутствія.
-- "Повѣришь-ли, продолжалъ онъ,-- я постоянно слышалъ -- разумѣется это было только воображеніе -- что Гарри зоветъ меня. Даже Спортъ какъ будто чувствовалъ то же самое, потому-что мчался изо всѣхъ силъ.
-- "А въ которомъ часу, Гарри, ты въ первый разъ почувствовалъ это?" спросила Мери.
-- "Вскорѣ послѣ семи часовъ. Что съ тобою, милая Мери? Ты смотришь такъ странно?"
-- "Гарри, въ это самое время звалъ тебя твой ребенокъ!" торжественно отвѣчала она".
-- Какъ странно! Какъ это ужасно странно! вскричала Нелли.-- У нихъ у обоихъ было предчувствіе, неправда ли?
-- Гарри Саузернъ ничего больше не говорилъ объ этомъ своей женѣ. Мери говорила мнѣ, что она приписываетъ это не предчувствіямъ, а скорѣе вѣрѣ и молитвѣ. Очень естественно, что она такъ безпокоилась утромъ; у ней, какъ оказалось и на дѣлѣ, были примы для этого. Но его скорымъ возвращеніемъ, которое было столь необходимо для нихъ, она была обязана своей молитвѣ.
-- Поймали ли, однакоже, этого ужаснаго человѣка? спросила Нелли.
-- Да, Гарри вышелъ изъ дому, чтобъ позвать Треста. Въ ту же минуту возвратился кой кто изъ прислуги.,-- и онъ пошелъ съ ними искать это вѣрное животное. Наконецъ они услыхали его жалобные стоны -- и руководствуясь ими, нашли его, всего израненнаго, но все еще крѣпко державшаго ужаснаго разбойника, который борясь съ нимъ, совсѣмъ выбился изъ силъ и еле дышалъ.