-- Эти насѣкомыя въ извѣстное время года испускаютъ изъ себя капли красной жидкости -- иногда въ такомъ количествѣ, что люди суевѣрные воображаютъ, будто бы это кровяной дождь падаетъ съ неба. Я видѣлъ мѣстами большія красныя пятна отъ нихъ на снѣгу. Берегите ее -- это большая рѣдкость на югѣ.
Когда онъ ушелъ -- а ушелъ онъ почти сейчасъ же,-- я замѣтилъ красную крапинку на каминѣ подъ рюмкой. Этимъ объяснялось пятно на картинѣ -- но откуда взялась мошка?
Была еще одна странность, въ которой я не могъ хорошенько удостовѣриться, пока Гривъ былъ въ комнатѣ, такъ какъ въ ней горѣли двѣ или три лампы,-- но относительно которой я не могъ остаться въ сомнѣніи, лишь только онъ вышелъ на улицу.
-- Гэрри, ступай сюда -- скорѣй! крикнулъ я брату:-- ты художникъ -- посмотри и скажи, не замѣчаешь-ли чего особеннаго въ этомъ человѣкѣ?
-- Нѣтъ, ничего, отвѣчалъ было Гэрри, но потомъ спохватился и сказалъ измѣнившимся голосомъ:-- вижу -- клянусь Юпитеромъ, у него двойная тѣнь!...
Вотъ чѣмъ объяснились взгляды, которые онъ бросалъ по сторонамъ, и его согбенная осанка: ему всюду сопутствовало что-то такое, чего никто не видѣлъ, но отъ чего ложилась тѣнь. Онъ обернулся -- и увидѣвъ насъ у окна, немедленно перешелъ на тѣнистую сторону улицы. Я все разсказалъ Гэрри -- и мы рѣшили, что лучше Летти не говорить.
Два дня спустя, я извѣстилъ Гэрри въ его мастерской -- и возвратясь домой, нашелъ у себя страшный переполохъ. Летти сказала мнѣ, что въ мое отсутствіе явился Гривъ. Жена моя была на верху. Но Гривъ не ждалъ чтобъ о немъ доложили, а прямо прошелъ въ столовую, гдѣ сидѣла Летти. Она замѣтила, что онъ старается не глядѣть на портретъ -- и, чтобы вѣрнѣе не видѣть его, сѣлъ подъ нимъ, на диванъ. Затѣмъ, несмотря на ея негодующій протестъ, повторилъ свое объясненіе въ любви, увѣряя ее, что бѣдный Джорджъ, умирая, умолялъ его отправиться къ ней, охранять ее и -- жениться на ней.
-- Я такъ разсердилась, что не знала какъ и отвѣтить ему, продолжала Летти: -- вдругъ, не успѣлъ онъ произнести послѣднихъ словъ, что-то звякнуло, точно гитара разбилась и... право не понимаю какъ это сдѣлалось -- только потретъ упалъ, угломъ тяжелой рамы раскроило Гриву високъ, и онъ лишился чувствъ.
Его снесли на верхъ по приказанію доктора, за которымъ жена моя послала, какъ только узнала объ этомъ происшествіи,-- и положили на кушетку въ мою уборную, куда и и отправился. Я намѣревался упрекнуть его за то, что онъ опять пришелъ не смотря на мое запрещеніе,-- но нашелъ его въ бреду. Докторъ сказалъ, что это престранный случай, потому что однимъ ударомъ, хотя и сильнымъ, едва-ли объясняются симптомы горячки. Когда онъ отъ меня узналъ, что больной только воротился на "Піонерѣ",-- то сказалъ, что можетъ быть перенесенные имъ труды и лишенія надорвали организмъ и положили начало болѣзни.
Мы послали за сидѣлкой по настоянію доктора.