Ненси стояла въ оцѣпенѣніи, боясь пошелохнуться, боясь малѣйшимъ шорохомъ обнаружить свое присутствіе; а ей казалось, что она кричитъ громко, на весь міръ, какъ безумная...
...Вдругъ точно молотомъ ударило ее по головѣ:
-- Вонъ! вонъ! вонъ!..
Она стремглавъ бросилась черезъ кабинетъ въ переднюю, кое-какъ дрожащими руками надѣла шапочку, накинула ротонду и выбѣжала на крыльцо.
Какъ въ чаду вскочила она въ сани и приказала кучеру везти себя домой.
Когда они пріѣхали, она велѣла ему вернуться въ домикъ за матерью.
-- Смотри же, вспоминай меня дорогой!-- сказала она неизвѣстно зачѣмъ.
На что приземистый, черноволосый Филиппъ любезно снялъ шапку и, тряхнувъ кудрями, отвѣтилъ:
-- Рады стараться... Помилуйте, какъ забыть... ваши слуги!
Когда тройка, позвякивая колокольчикомъ, отъѣхала и скрылась въ темнотѣ, Ненси сдѣлалось страшно. Вернуться домой ей представлялось невозможнымъ. Она спустилась со ступенекъ подъѣзда, подняла высоко воротникъ ротонды и перешла на другую сторону улицы.