Чувствуя себя крайне неловко послѣ происшедшей сцены, и хотѣлъ исчезнуть какъ-нибудь незамѣтно. Моя попытка однако не удалась.
-- Стойте, стойте, стойте!-- остановила она меня.-- Такъ нельзя, я васъ арестую послѣ спектакля. Вы пріѣдете ко мнѣ, слышите? Иванъ Сергѣевичъ привезетъ васъ.
-- Ну, какъ она тебѣ показалась?-- спросилъ меня Иванъ Сергѣевичъ, когда мы снова очутились въ коридорѣ, ведущемъ въ партеръ.
-- Да не знаю право... интересно будетъ ее посмотрѣть au naturel, безъ грима... Но только характерецъ!... Бѣсноватая какая-то.
-- Ну, братецъ, побылъ бы ты на ея мѣстѣ,-- съ нѣсколько излишней горячностью заступился Иванъ Сергѣевичъ.-- Репетиціи, роли, спектакли, вся эта безтолковая жизнь хоть кого измучаетъ.
-- А кто эта симпатичная "Киска?"
-- Ахъ, это Катюша! Привязана къ ней какъ собака. Дѣвушка съ большими средствами, бросила родителей, ушла изъ дому и вотъ уже третій годъ неразлучна съ нею, молится на нее, не надышится.
-- Ну, а какъ, въ случаѣ продолженія нервнаго состоянія, намъ не грозитъ сегодня участь злополучной горничной? Или такія сцены происходятъ только въ стѣнахъ театра?-- спросилъ я шутя Ивана Сергѣевича.
Онъ разозлился.
-- Да ты влюбленъ въ нее, что ли?