Я смутился и поспѣшилъ было утѣшить.
-- Э, перестаньте,-- перебила она, зачѣмъ лгать.-- И главное совершенно безполезно!... Я не хочу уже больше закрывать глаза передъ дѣйствительностью, пускай даже самою суровой... Смотрите,-- она указала на солнце, спускающееся къ западу:-- видите закатъ?... Еще какой-нибудь часъ, лучи разсѣются, останется круглый огненный шаръ... онъ коснется поверхности моря... потонетъ въ пучинѣ. Такъ отчего же въ угасаніи жизни не видѣть этой красоты?-- Нѣтъ, я вижу ее и даже наслаждаюсь ею!...
Взглянувъ на меня, она усмѣхнулась.
-- Вамъ это кажется страннымъ, не правда ли?-- Вы опять скажете: "экзальтація!"... Нѣтъ, ошибаетесь, это -- спокойствіе. А знаете ли вы, какая мука вѣчно желать и въ самомъ зародышѣ желанія носить уже тоску смерти и никогда не быть счастливой и никогда не знать покоя?... Вы можете исполнить мою просьбу?
-- Конечно, все, что хотите.
-- Такъ не перебивайте меня, не противорѣчьте и дайте говорить.
Она устремила задумчивые глаза въ ту сторону, гдѣ межъ двумя островами, раздѣленными моремъ, залегла широкая прогалина, куда медленно спускалось солнце.
-- Вы знаете, бываютъ минуты особаго просвѣтлѣнія -- то минуты хорошія. Это -- самая настоящая правда. Человѣкъ глядитъ въ свою душу и правда сама открывается передъ нимъ. Это не самоуниженіе, не самобичеваніе, это -- простая правдивая исповѣдь! Вы знаете, я отыскала ключъ къ загадкѣ, я поняла себя... Да, да!... Вы знаете, я вовсе не замѣчательная женщина, а я... я просто симмулянтка... это очень горько мнѣ, повѣрьте... Но вы не удивляйтесь, я вамъ сейчасъ все объясню.
Согласно ея желанію я не прерывалъ ея взволнованной рѣчи, а она все говорила, не отрывая глазъ отъ заходящаго солнца.
-- Оглянитесь назадъ, лѣтъ за пятьдесятъ, и передъ нами женщина, вся цѣль, все назначеніе жизни которой -- въ законной любви, въ патріархальной семейной обстановкѣ. Что тамъ за этими стѣнами, ей дѣла нѣтъ!... Въ семьѣ ея счастье и радость и всѣ надежды. Она знала, чего она хотѣла, эта женщина -- не правда ли?.. Потомъ... потомъ пришла другая, требующая равныхъ съ мужчиной знанія и свободы! Она уничтожила женщину самку и создала человѣка. Она тоже знала, чего она хотѣла... Но вотъ явились мы съ неудержимою тоской въ груди, съ презрѣньемъ ко всему обыденному и съ жаждой чего-то новаго, неизвѣданнаго, а чего?-- мы не знали сами. Мы потонули въ хаосѣ собственныхъ желаній, мы потеряли пути!... Въ душѣ жило одно только ясное сознаніе: то была вѣра въ свое призваніе къ чему-то особенному, что выше простой толпы. Увлекаясь этою вѣрой, мы симмулировали до полной иллюзіи исключительныхъ женщинъ, порою не обладая даже никакими данными. Отсюда это страшное стремленіе къ славѣ, это самообожаніе и... неудовлетвореніе... Вы знаете, я даже тѣло свое обожала... И какъ ненавидѣла порой и это тѣло, и себя!