-- Какое хладнокровіе! какая невозмутимость!-- кричала Яхна.-- Ма-амзеръ! Мамзеръ!.. {Незаконнорожденный.}. Думаешь, я тебя не понимаю? Я тебя хорошо-о понимаю! Хочешь меня извести, хочешь поскорѣе отъ меня избавиться, чтобы взять дѣвку! Но ты этого не дождешься. Тебѣ на зло буду жива и здорова! Ага!
-- Это тебѣ только кажется, что ты здорова,-- отвѣтилъ съ жестокой усмѣшкой Яковъ.-- Ты ужъ правой ногой въ могилѣ стоишь. Долго не протянешь -- вѣрь мнѣ! скоро издохнешь. И тогда я таки возьму дѣвку.
-- Безбожникъ! Выкрестъ! Еретикъ! Молчи! молчи -- иначе я тебѣ черепъ разможжу!
-- Попробуй,-- отвѣтилъ ей хладнокровно Яковъ.-- А я тебѣ опять повторяю: какъ только Господь Богъ избавитъ меня отъ тебя, я женюсь на молодой дѣвушкѣ...
-- Врешь, врешь старый дуракъ -- воскликнула Яхна.-- Ду-уракъ! Какая дѣвка за тебя пойдетъ? какая сумасшедшая? Вѣдь ты старый песъ! ни одного зуба у тебя во рту нѣтъ. Пьяница! ты вѣдь только и умѣешь, что бѣгать въ кабакъ!
-- Что же! вотъ окончу сапогъ -- и опять пойду въ кабакъ. Пріятнѣе, чѣмъ съ тобою сидѣть.
-- И иди! и сверни себѣ шею!.. Думаешь, я не знаю, что 3 рубля, которые тебѣ былъ долженъ кабатчикъ, ты пропилъ?-- Знаю! Да чертъ тебя возьми! будь проклятъ! Пропей хоть голову!..
Яковъ отложилъ сапогъ, поднялся, выпрямился и, устремивъ на Яхну пристальный взглядъ, заговорилъ со сдержаннымъ гнѣвомъ:
-- А вотъ, когда ты околѣешь и я женюсь на дѣвушкѣ -- я перестану пить. Понимаешь? Вѣдь я пью только потому, что у меня такая жена какъ ты, потому что отъ тебя не только въ кабакъ -- въ адъ убѣжалъ бы. Понимаешь? Это ты, ты меня гонишь въ кабакъ! Такъ молчи же, вѣдьма проклятая, не выводи меня изъ себя!
-- А-а! онъ уже начинаетъ свои воровскія штуки. Воръ! Вѣдь ты былъ воромъ въ утробѣ матери! Слышали вы исторію: я гоню его въ кабакъ!..