Что за молитвой въ общественныхъ собраніяхъ раскольниковъ усмотрѣть легко, а читать въ ихъ сердцахъ, преданы ли они правительству или нѣтъ, гораздо труднѣе, въ этомъ мы согласны съ спеціалистами. Но чтобы изъ-за этого удобства заставлять раскольниковъ обманывать и Бога, и царя, мы никакъ не можемъ согласиться. Мы думаемъ, что признаніе царской власти легко можетъ доказываться исполненіемъ законовъ, издаваемыхъ правительствомъ. А искренне, или неискренне повинуются имъ раскольники, это ни до кого не касается, кромѣ ихъ собственной совѣсти и отчета предъ Богомъ -- сердцевѣдцемъ. Одинъ Онъ знаетъ и судитъ наши сокровенныя мысли и чувства. Можетъ быть и не раскольники повинуются многимъ законамъ, изъ одного страха наказанія за неповиновеніе. Кому же до этого какое дѣло? Порядокъ государственнаго управленія не нарушается, и больше ничего не вправѣ требовать никакое, даже самое непрочное правительство. Его дѣло судить о своихъ подданныхъ по ихъ поступкамъ, а не по ихъ сокровеннымъ мыслямъ и чувствамъ. Раскольники могутъ не сочувствовать ему, вслѣдствіе своихъ религіозныхъ понятій, положимъ ошибочныхъ и нелѣпыхъ, точно такъ же, какъ самые образованные люди, вслѣдствіе своихъ политическихъ понятій, тоже, можетъ быть, самыхъ безошибочныхъ. Но и тѣ, и другіе, должны безпрекословно повиноваться существующимъ законамъ. Больше ничего отъ нихъ не требуется самымъ подозрительнымъ правительствомъ. Требовать отъ нихъ еще благожеланій и молитвъ, не будетъ ли насиліемъ? Своимъ повиновеніемъ законамъ они признаютъ правительство и за это пользуются его охраною и покровительствомъ. Если установлена молитва за царя во всѣхъ церквахъ православныхъ и иновѣрческихъ, то это потому, что эти церкви признаны правительствомъ и пользуются его покровительствомъ. Раскольничьи же общественныя богослуженія не признаются закономъ и совершаются тайкомъ.
Мнѣніе спеціалистовъ о раскольничьемъ богослуженіи не сходятся съ мнѣніемъ комисіи. Комисія говоритъ, что у нихъ собственно нѣтъ общественнаго богослуженія, потому что оно не дозволено, а въ домашнемъ молиться за царя не обязательно. Спеціалисты же возражаютъ, что и въ домашнихъ молитвахъ молитва за царя обязательна, такъ какъ она помѣщена въ православныхъ молитвословахъ въ концѣ вечернихъ молитвъ; общественное же богослуженіе у раскольниковъ хотя и запрещено, но все-таки совершается. Слѣдовательно, и молитва за царя, ужъ если не въ домашнемъ, то въ этомъ богуслуженіи обязательна.
Говорятъ, что нѣкоторыя секты въ принципѣ не признаютъ православнаго царя и не стали бы за него молиться, еслибы даже имъ было предоставлено и общественное богослуженіе, потому что для нихъ царь есть олицетвореніе антихриста, понимаемаго въ фигуральномъ смыслѣ. Стали бы, или не стали бы молиться раскольники, если-бы дано было имъ право наравнѣ съ язычниками, евреями и мусульманами, отправлять публично свое богослуженіе, это еще вопросъ, на который отвѣтъ могутъ дать не спеціалисты, а сами факты. Вѣдь массу раскольниковъ никто объ этомъ не спрашивалъ, а спрашивали ихъ противниковъ, благодаря тонкостямъ которыхъ и расколъ-то принялъ такіе широкіе размѣры. Но предположимъ даже, хотя это невѣроятно, что нѣкоторыя секты не стали бы молиться за царя, даже если-бы предоставили имъ право общественнаго богослуженія. Какая же бѣда для государства могла бы изъ этого выйти? Молитесь, или не молитесь, а подати платите и исполняйте всѣ другія обязанности гражданъ, вотъ что могло бы имъ сказать правительство. За русскаго царя такъ много благодарнаго народу молится отъ полноты души, что не было бы никакой бѣды, если-бы какая нибудь горсть фанатиковъ и изувѣровъ считала его антихристомъ. Такія раскольничьи понятія ничего другого, кромѣ смѣха, не могутъ возбуждать ни въ одномъ здравомыслящемъ человѣкѣ, даже самомъ необразованномъ. Мало-л и есть не только у насъ, но даже въ самыхъ образованныхъ государствахъ, нелѣпѣйшихъ сектъ, и ничего кромѣ улыбки или сожалѣнія онѣ не вызываютъ. Секты же вредныя въ гражданскомъ отношеніи, какъ наши скопцы и хлысты, преслѣдуются законами въ самыхъ свободныхъ странахъ, какъ напр., мормоны въ Америкѣ.
Комисія пришла къ убѣжденію, что существованіе раскольниковъ, отвергающихъ верховную власть, не доказано. Спеціалисты же говорятъ, что это не подлежитъ ни малѣйшему сомнѣнію. Они соглашаются, что въ принципѣ раскольники признаютъ необходимость верховной власти, признаютъ даже іерархію и всѣ таинства, т. е. если-бы можно было возвратиться ко временамъ до патріаршества Никона, имѣть древлеправославнаго царя и іерархію; но такъ какъ это, по ихъ мнѣнію, невозможно и потому не возможно признавать ихъ въ настоящее время и слѣдуетъ повиноваться имъ, только уступая силѣ. Такъ именно и поступаютъ ѳеодосѣевцы, филиповцы и нѣкоторыя другія безпоповщинскія секты, неупотребляющія молитвы за царя. По ихъ убѣжденіямъ, въ русской церкви и государствѣ царствуетъ антихристъ, который по своимъ свойствамъ и дѣйствіямъ значительно отличается отъ антихристовъ въ общемъ смыслѣ, который, какъ духъ богопротивнаго отступленія, живетъ и дѣйствуетъ во всѣхъ православныхъ, преимущественно же въ лицахъ правительственныхъ, духовныхъ и свѣтскихъ и особенно въ лицѣ православнаго государя. Хотя при этомъ нѣкоторыя секты безпоповщинскія съ понятіемъ антихриста отождествляютъ реформы Петра: подушное, перемѣну новаго года, измѣненіе лѣтосчисленія, ревизію, уничтоженіе патріаршества и подъ антихристомъ разумѣютъ преемственный рядъ царствующихъ лицъ, а подчиненіемъ антихристу считаютъ подчиненіе неблагочестивымъ властямъ, но огромное большинство этихъ сектъ, проповѣдуя ученіе объ антихристѣ мысленномъ, опредѣляя его въ смыслѣ всеобщаго отступленія, знаменіе его видитъ въ предметахъ религіозныхъ: въ трехперстномъ сложеніи крестнаго знаменія, именословномъ благословеніи, въ имени Іисусъ и т. п., и потому представительницею антихристовой власти считаетъ власть церковную. Царь и существующія власти при этомъ являются слугами и чтителями антихриста, такъ какъ они держатся ученія православной церкви, покровительствуютъ ей и проч., поэтому, по мнѣнію нѣкоторыхъ, выраженіе антихристъ у раскольниковъ не есть фигуральное или символическое, какъ полагаетъ комисія, а напротивъ, собственное, составляющее точный догматъ и всегда способно возбуждать враждебныя фанатическія чувства не только въ отношеніи къ церкви, но и къ государству; оно не то значитъ, что власти нынѣшняго времени не принадлежатъ къ сектѣ безпоповцевъ, а прямо то, что онѣ вѣруютъ, служатъ и покланяются антихристу. Между тѣмъ всѣ поповцы и иновѣрцы, населяющіе Россію, хотя не признаютъ наше правительство принадлежащимъ въ ихъ сектѣ, но не имѣютъ при этомъ мысли, что оно антихристіанское.
Во всей этой запугивающей рѣчи невольно поражаетъ каждаго спокойнаго человѣка то обстоятельство, что говорящіе ее всячески стараются связать дѣло церкви съ дѣломъ гражданскаго правительства. Имъ кажется недостаточно обвинять раскольниковъ въ томъ, что они церковное правительство считаютъ антихристовымъ, они усиливаются доказать, что и гражданское правительство, по мнѣнію раскольниковъ, есть антихристово. Это усиліе невольно наводитъ на мысль, что нѣкоторые и доселѣ желаютъ дѣйствовать на расколъ не силою христіанскаго убѣжденія, а силою принужденія. Если-бы они думали иначе, то и боролись бы съ расколомъ сами, не вмѣшивая въ эту борьбу свѣтское правительство. Зачѣмъ прибѣгать къ насилію въ дѣлѣ вѣры? Вѣдь это насиліе и произвело и поддерживаетъ расколъ. Съ этимъ въ душѣ несомнѣнно согласятся и противники раскола; но видя н(Явственную слабость духовенства, они стараются привлечь къ нему на помощь полицію, чтобы по крайней мѣрѣ остановить пропаганду. Думаютъ достигнуть этого, запугивая правительство тѣмъ, что расколъ вреденъ и опасенъ не только церкви православной, но и правительству. Въ какихъ тяжкихъ преступленіяхъ не обвиняютъ раскольниковъ? Между тѣмъ во все нынѣшнее царствованіе ни въ одномъ политическомъ процессѣ не попался ни одинъ раскольникъ. Если уже они такъ ненавидятъ наше правительство, какъ воплощеніе антихриста, то какъ-бы имъ не примкнуть въ тайнымъ обществамъ революціонеровъ, поставившихъ своею задачею низвергнуть весь существующій порядокъ въ государствѣ? Повидимому, это для нихъ было бы выгодно во всѣхъ отношеніяхъ: не достигли цѣли -- они считали бы себя мучениками за вѣру; достигли цѣли -- уничтожили бы царство антихриста. Что же за причина, что они не участвовали ни въ одномъ политическомъ процесѣ, а, напротивъ, во время польскаго мятежа ловили мятежниковъ?
Другой причины мы не можемъ допустить, кромѣ той, что намъ ихъ представляютъ невѣрно; что они не враги ни церкви, ни государству, а просто люди, увлекающіеся религіозными идеями, которыя они понимаютъ и толкуютъ по-своему. Многія ихъ понятія смѣшны, нелѣпы, но изъ этого не слѣдуетъ считать ихъ преступниками. Это люди заблуждающіеся, пожалуй даже иногда помѣшанные, которыхъ слѣдуетъ не наказывать, а наставлять и вразумлять, исключая сектъ, проповѣдующихъ ученіе безнравственное и противообщественное, каковы скопцы и хлысты. Кто же обязанъ это дѣлать? Духовенство, а не правительство. Между тѣмъ духовенство, иногда мало дѣлая для ихъ вразумленія, запугиваетъ правительство, чтобы оно пришло къ нему на помощь своими принудительными мѣрами. Полиція принимаетъ на себя обязанности духовенства. Что можетъ выдти отъ такого смѣшенія понятій и вмѣшательства правительства въ дѣла церкви? Духовенство будетъ ронять авторитетъ церкви въ глазахъ вѣрующихъ, не умѣя справляться съ расколомъ. Оно хе будетъ ронять авторитетъ правительства, вмѣшивая его въ борьбу съ расколомъ, въ которой свѣтская власть можетъ успѣть меньше духовной. Кромѣ того, духовенство сдѣлаетъ правительство нелюбимымъ въ глазахъ раскольниковъ, которые дѣйствительно будутъ повиноваться ему только за страхъ, а не за совѣсть.
На людей отсутствующихъ, или не могущихъ говорить, можно взводить всякія обвиненія; но слѣдуетъ ли это дѣлать? Спеціалисты вѣдь знаютъ расколъ только изъ слѣдственныхъ дѣлъ, да, можно сказать, немногихъ раскольническихъ сочиненій. Между тѣмъ въ немъ богословствующая мысль безпрестанно движется впередъ. Если-бы у него была своя безцензурная пресса, то мы могли бы знать и судить о расколѣ безъошибочно. Но теперь мы объ его вѣроученіи почти ничего не знаемъ, кромѣ того, что намъ сообщаютъ его противники, которые не могутъ быть безпристрастными судьями въ этомъ дѣлѣ. Они представляютъ сторону заинтересованную.
Намъ кажется малодушнымъ весь способъ обращенія нѣкоторыхъ съ жалобами на расколъ къ правительству. Это напоминаетъ* жалобы школьниковъ учителю, или дѣтей родителямъ. Неужели наше духовенство еще не вышло изъ отрочества и не можетъ стоять само на своихъ ногахъ, не опираясь на чужую помощь, въ борьбѣ съ расколомъ? Странна жалоба, что всѣ иновѣрцы живущіе въ Россіи, въ томъ числѣ даже и раскольники-поповцы, хотя не признаютъ нашего правительства своимъ по вѣрѣ, но по крайней мѣрѣ и не считаютъ его антихристіанскимъ, а безпоповцы считаютъ его именно такимъ. Что за дѣтскія обвиненія? Очень нужно нашему правительству знать, считаютъ ли его евреи, шаманы, буряты и прочіе инородцы, христіанскимъ. Не велика честь отъ этого признанія. До какихъ мелкихъ обвиненій могутъ доходить люди, старающіеся во что бы то ни стало насолить своему противнику. Развѣ жидъ или шаманъ потому повинуется нашему правительству, что оно христіанское, а не потому, что оно его оберегаетъ, а въ случаѣ неповиновенія можетъ его насильно заставить повиноваться?
Говорятъ, что большинство безпоповщинскихъ сектъ, содержа ученіе объ антихристѣ, стремится провести его въ жизнь и практику. Въ церковной сферѣ оно проявляется отрицаніемъ молитвы за царя, которая признается ими грѣховною, потому что царь -- антихристъ; въ общественной гражданской жизни безпоповцы стремятся уклониться отъ обязанностей вѣрноподданнаго и только, благодаря твердой организаціи государственнаго и общественнаго быта и по своимъ разсчетамъ, не осуществляютъ вполнѣ этихъ стремленій. Болѣе ревностные изъ нихъ основали особую секту странниковъ или бѣгуновъ, которая ученіе о царѣ-антихристѣ со всею строгостью прилагаетъ къ гражданской и общественной жизни. Странники уклоняются отъ военной и всякой другой государственной и общественной службы, отъ записи въ ревизіи, отъ уплаты податей, полученія паспортовъ, и. т. д., потому что все это, по ихъ мнѣнію, виды служенія и подчиненія антихристу. А какъ бороться съ нимъ невозможно, то они считаютъ необходимымъ для вѣчнаго спасенія бѣгать отъ антихристова владычества, бросая дома и семейства, и странствовать, скрываться въ лѣсахъ и пустынныхъ мѣстахъ. Нѣкоторые отвергаютъ въ безпоповцахъ даже патріотизмъ. Что раскольники - безпоповцы ловили польскихъ мятежниковъ, это они, объясняютъ не преданностью правительству, а матеріальными разсчетами, надеждою на возможность грабежа имѣній польскихъ помѣщиковъ и на вознагражденіе со стороны правительства. При другихъ обстоятельствахъ представители безпоповщины -- федосѣевцы, говорятъ они, поступили совершенно иначе: при вступленіи Наполеона въ Москву они выслѣди къ нему депутацію съ изъявленіемъ покорности.
Вообще нѣкоторые не вѣрятъ ни одному выраженію чувства преданности безпоповцевъ къ верховной власти, считая всѣ ихъ адресы основанными на обманѣ и лицемѣріи, которые, съ ихъ точки зрѣнія, вполнѣ дозволительны въ сношеніяхъ съ еретическою антихристіанскою властью.