Въ горенкѣ хозяина тоже произошла перемѣна. Помѣщеніе стало будто еще тѣснѣе, такъ какъ все пространство, не занятое столомъ, на которомъ обѣдаютъ, было уставлено заготовляемой или уже готовой столярной работой. Самъ Лазарь Емельяновичъ съ рубанкомъ въ рукахъ стругалъ у верстака. У печи же хлопотала старушка Степановна, которая приходила справлять несложное хозяйство столяра. Ему недосугъ теперь. У него много работы, и работа все прибываетъ.
Пріятный запахъ несется изъ печи, заглушая подчасъ запахъ лака и дерева.
-- Скоро надо пирогъ изъ печи вынимать, а его все нѣтъ,-- озабоченно говоритъ Степановна.
-- Награды-то не скоро выдадутъ. Молебенъ раньше отслужатъ.
Старушка заглянула въ печь. Пирогъ подымался на славу.
-- Скучновато тебѣ будетъ, Емельянычъ, безъ него-то,-- снова заговорила она, продѣлавъ что-то съ пирогомъ, чтобы онъ не подгорѣлъ.
Столяръ только тряхнулъ головой и продолжалъ стругать.
-- Словно сынъ родной, заботливый да бережный...
Рубанокъ крѣпче налегалъ на дерево; стружки такъ и летѣли.
Степановна помолчала.