За чайнымъ столомъ тоже шла оживленная бесѣда объ итальянской оперѣ, о французской труппѣ, о Naptal въ роли "La Dame aux Camélias", о столоверченіи.
Вильдъ весело расхаживалъ между гостями, болтая и любезничая съ дамами. Чрезвычайною мягкостью, тонкою, едва уловимою лестью звучало каждое слово его въ дамскомъ обществѣ. За то всѣ дамы были безъ ума отъ него и при его появленіи лицо каждой озарялось удовольствіемъ.
Надя предсѣдательствовала за чайнымъ столомъ и довольно разсѣянно слушала разсказы одной дамы о свадьбѣ ихъ общей знакомой.
Дама эта, Александра Леонтьевна Рыкова, высокая, полная, съ крупными чертами лица, съ мелкими завитушками рыжеватыхъ волосъ на лбу и густымъ мужскимъ голосомъ, приходилась троюродной кузиной Вильду. Темные слухи ходили объ ея страстной любви къ нему, о прежнихъ не вполнѣ братскихъ отношеніяхъ ихъ; но эти слухи касались только прошедшаго, о нихъ почти забыли и въ настоящемъ видѣли только крайне дружеское отношеніе съ обѣихъ сторонъ. Александра Леонтьевна занимала въ своемъ кругу независимое положеніе богатой, бездѣтной вдовы. Ея немного побаивались, и дѣйствительно, за словомъ въ карманъ она не ходила и на ноту себѣ ступить не позволяла. Барыня она была, что называется, "съ душкомъ". Свои сужденія высказывала рѣзко, категорически, не допуская и мысли о противорѣчіи или опроверженіи.
-- Ахъ, да, Nadine,-- прервала она вдругъ свой разсказъ о свадьбѣ.-- Знаете новость?
-- Какую новость, кузина?-- Спросила Надя, размѣщая чашки на поданномъ Степаномъ подносѣ.
-- Ваша хваленая Marie Ренъ какую штуку выкинула?
-- Какую штуку?
-- Сбѣжала!.. да, да сбѣжала!.. Pour tout de bon!.. Съ этомъ... какъ его? Ну, да съ этимь знаменитымъ барономъ,-- вѣдь вы знаете его?..
Надя вспыхнула и замялась. Разговоръ за столомъ умолкъ. Всѣ обратились въ слухъ.