С этими словами любезный полковник раскланялся, а я тотчас же поехала на Шпалерную.
В небольшой темноватой приемной с деревянными желтыми лавками по стенам и отделенной от конторы желтого цвета перегородкой с проделанным в ней окошечком собралось многочисленное и разнообразное общество посетителей, ожидающих свидания с заключенными... Тут были изящные дамы с конфетными коробками и корзинами из гастрономических магазинов, тут были женщины в платках с узелками баранок и другой снедью, тут были мужчины в котелках и цилиндрах и мастеровые в картузах...
Все лавки были заняты. За неимением свободных мест большинство ожидающих стояли в тесном пространстве между лавками, нетерпеливо поглядывая на спущенное окошечко, из которого должны были вызывать по фамилиям посетителей. Стояла в ожидании и я. Ждать пришлось довольно долго.
Близ меня в уголочке сидел небритый человек лет пятидесяти, в старой солдатской шинели внакидку.
-- Присядьте, барынька,-- добродушно предложил он и прижался в угол, освобождая для меня местечко.
Я села. Мой сосед стыдливо запахнул раскинутые полы шинели, прикрывая грязную ситцевую косоворотку.
-- У вас тут родственники? -- спросила я.
-- Сынок сидит, вот уже второй месяц...
-- За что же он сидит?
-- За кражу, сударынька...