Съ самаго низа слышные звуки клавесина смолкли, только когда я открылъ дверь въ большую, очень свѣтлую комнату. Молодой человѣкъ въ утреннемъ туалетѣ, безъ парика и въ голубыхъ чулкахъ съ бѣлымъ узоромъ поднялся мнѣ навстрѣчу отъ инструмента, на пюпитрѣ котораго лежалъ небольшой кусокъ бумаги и карандашъ, изъ чего я понялъ, что вижу передъ собой самого композитора, господина Летажа, достаточно извѣстнаго томными, свободными пѣсенками не только при дворѣ, но и въ большой публикѣ,
Первую минуту онъ нѣсколько смутилъ меня быстрыми движеніями и словами, произносимыми съ какимъ-то преувеличеннымъ одушевленіемъ.
-- Не называйте своего имени, -- воскликнулъ онъ, -- я васъ узнаю. Я хорошо помню, что я васъ видѣлъ. Ба, да вѣдь это самъ Прекрасный сдѣлалъ честь посѣтить меня! Повѣрьте, мы всѣ были заинтригованы вашимъ появленіемъ и такимъ же быстрымъ исчезновеніемъ. Вѣроятно, маркиза боялась показывать васъ. Да, да?
-- Маркиза арестована сегодня ночью, -- прервалъ я его наконецъ.
Казалось, онъ нѣсколько смутился, но заговорилъ еще быстрѣе:
-- Этого слѣдовало ожидать. Такая неосторожность. Она погубитъ насъ всѣхъ. Хорошо, что мы не сдѣлали рѣшительнаго шага.
Онъ быстро ходилъ по свѣтлой квадратной комнатѣ, размахивая руками, то останавливаясь противъ меня, то садясь у клавесина и беря на немъ нѣсколько аккордовъ.
Онъ былъ небольшого роста съ блѣднымъ, какъ бы утомленнымъ лицомъ и тонко подведенными голубой краской, несмотря на ранній часъ, глазами.
Неожиданно онъ повернулся ко мнѣ.
-- Вы нашъ другъ? Вы знаете все и готовы умереть за наше дѣло? Это очень серьезно!