Можно вообразить, что это было, если даже трудолюбивым "янычарам надоело".
* * *
Родственник Магомета II, Селим I, был юношей с богатыми задатками: чтобы облегчить себе вступление на престол, он "зарезал пятерых племянников и двух братьев". За это современники прозвали его Непреклонным.
Очевидно, мало было слов в арсенале современников, если они не могли подобрать словечка, более подходящего...
Селима сменил Солиман, который был столь воинственным, что даже во сне размахивал кулаками, задевая любимую жену.
Дрался он с кем только можно и, истощенный войнами, не мог дожить до нашего времени, что удалось нам -- мирным, уравновешенным людям.
После этого Солимана пошли уже повторения, оттиски прежних могущественных оригиналов: Селим II, Амурат III, Амурат IV, Магомет IV, Солиман II -- все мелкота, ничем особым не выделившаяся. Пытались, конечно, тоже вести воинственный образ жизни, но это было уже не то. Как говорит простодушный историк того времени -- "у них была кишка тонка".
Жили скучно, грязно, ели баранину вместо вилок руками, а руки потом вытирали взамен салфеток об голову, нося, так сказать, с собой на территории между руками и головой весь столовый прибор... Таким образом, со времен Амурата I, турецкая рука претерпела эволюцию от -- письменного до столового прибора.
Среди этих султанов, как оазис в пустыне, блеснул только один Ахмет III: вступив на престол, он приказал утопить 15000 янычар. Эта реформа доставила ему уважение многих.
Около того же времени в истории обрисовался силуэт одного короля, которого справедливо можно было охарактеризовать словами распространенной поговорки: