И, не ожидая его ответа, спеша и волнуясь, она продолжала:
-- Успокойте его... Что бы он ни стал говорить, о чем бы он ни стал просить вас -- успокойте его! Я буду с вами, я буду слышать ваши обещания, но для меня они будут иметь другую цену. Я буду знать их цель и никогда не забуду вашей доброты. Мы обманем, только обманем его лишний раз, но он умрет спокойно.
-- Князь в памяти, -- сказала сестра.
Вера вздрогнула, выпустила руку Гарушина и первая подошла к кровати.
-- Петр Иванович приехал! -- очень раздельно и отчетливо заговорила она, наклоняясь над больным. -- Ты спрашивал его. Хочешь его видеть? -- Больной ответил едва внятным мычанием.
-- Кого ты ищешь? -- опять громко спросила Вера. Она напряженно вслушалась в бормотание отца и, по-видимому, поняв его, внятно ответила:
-- Мама устала. Мама легла отдохнуть. Да, она здорова, она скоро придет.
Князь, по-видимому, успокоился.
-- Хочешь видеть Петра Ивановича? -- спросила Вера. Потом она выпрямилась и сделала знак Гарушину, чтобы он подошел.
-- Здравствуйте, князь! -- сказал Гарушин, становясь перед кроватью так, что больной мог его видеть. Он увидал его глаза, немного воспаленные, с грустным, добрым и немного недоумевающим выражением. Казалось, он удивлялся и не мог отдать себе отчета в том, что происходило кругом него. Теперь он глядел на Гарушина и словно что-то припоминал.