С утра он уезжал на автомобиле на дачу, распоряжался работами, придумывал на месте все новые и новые затеи. От наружного ремонта, ввиду зимнего времени, пришлось отказаться. Но внутри мало-помалу создавалось что-то действительно сказочное. Пустынные залы превращались в тропический сад; электрические солнца прятались в узорчатой зелени растений; фонтаны наполняли воздух влажною пылью; вокруг них яркими пятнами горели цветники. Важные и скучные гостиные обратились в прихотливые будуары, то разубранные в каком-нибудь историческом стиле, то дерзко-фантастические, как безумная сказка.
Несколько раз он заезжал в скетинг-ринк, и всегда встречал там Софью Львовну, такую же одинокую, неулыбающуюся, с выражением печальной и загадочной тайны на бледном лице.
-- Вам не скучно? -- спрашивал он.
-- Скучно, -- коротко отвечала Софья Львовна.
-- Но почему вы всегда одни?
-- Потому что так лучше.
И в ее глазах что-то пробегало, неуловимое, как вечерняя тень.
-- А ваша сказка? -- спросила она раз.
Суратов тотчас оживился и рассказал, что строит волшебный дворец, какого еще не было в Петербурге.
-- Что у нас теперь? Декабрь в начале? К Рождеству все будет готово, -- объяснил он.