V.

Утром, на другой день, Никодим Петрович отправился к Ставушинскому и, войдя в кабинет, вдруг почувствовал, что и фигура самого инженера, протянувшего ему руку из-за письменного стола, и всякая мельчайшая подробность обстановки, вызывают в нем неодолимую злобу. Он оперся обеими руками о стол и перегнулся через него всем своим длинным туловищем.

-- Я по поводу вчерашнего... -- объявил он, близко уставясь прямо в лицо Ставушинскому угрожающими глазами.

-- Какого вчерашнего? Что такое вчера было? -- удивился инженер.

-- Не понимаете? Не помните? А ваше гнусное обращение с Марьяной Владимировной? -- пояснил Дылда.