Через минуту этот совсем пустой вопрос неожиданно приобрел значение. Когда он напяливал пальто, в передней звякнул звонок, и служанка впустила господина лет двадцати восьми, в котором Дылда не без удивления узнал знакомое ему лицо.
-- А, господин Стригульский, -- произнес вошедший, протягивая ему руку в перчатке.
-- Здравствуйте, -- проговорил как будто вдруг растерявшийся Дылда.
Он оглянулся на Марьяну, и ему показалось, что она недовольна этой встречей. Бывают такие мелькнувшие по лицу тени, которые вдруг почему-то заставляют насторожиться...
-- До свиданья, -- произнес поспешно Дылда, и сейчас же вышел.
VI.
Господин, с которым так неожиданно встретился Дылда, был Андрей Николаевич Балунин. Он принадлежал к мелкому деловому мирку, в котором пользовался репутацией человека не совсем надежного, так как многих ему случилось надуть, или впутать в сомнительные спекуляции. Но он был ловок, находчив и навязчив, поэтому к услугам его не отказывались прибегать. Дылда мало знал его лично, но деловые приемы Балунина были ему известны, и он считал его большим плутом. А как он очень не любил плутов, то все в Балунине ему не нравилось: и его смазливая, щеголеватая наружность, и свободновкрадчивые манеры, и старанье выдать себя за образованного человека, знатока и любителя музыки, и даже то, что Балунин говорил на двух иностранных языках и бывал где-то за границей.
Что такое мог делать Балунин у Болтовых? Почему он приходил туда обедать, как свой человек?
Этот вопрос сразу очень озаботил Дылду. Загадка действовала на него даже угнетающим образом. Недолюбливая Балунина, он, все-таки, находил, что этот пронырливый, хитрый и щеголеватый молодой человек может производить впечатление на женщин. Если Марьяна часто с ним видится, то... Дылда не договаривал, но смутное чувство страха охватывало его.
Ему хотелось непременно, как можно скорее увидеть Марьяну. Когда ему нужен был предлог, чтобы побывать в маленькой квартирке в Кирочной, он всегда прибегал к одной и той же уловке: являлся купить абажур, будто бы для кого-то из знакомых. У него уже образовался целый склад этих изделий, и его подозревали, что он сам ими торгует.