И она продолжала жадно глотать из чаши жизни большими, быстрыми глотками. А напиток все меньше действовал, опьянение труднее давалось.
Люди ли становились ничтожнее, или она сама меняла оценку их?
Она сознавала, что становится в противоречие с жизнью. Жизнь неумолимо принижала, раздевала душу, а сама она не могла ни принизиться, ни износить романтической ветоши ума и сердца.
Как безжалостно вторил ее настроению стоявший вокруг шум, цыганские выкрики, звон бокалов и шпор, пьянеющие восторги Ворошина и самого Бавулина...
Бавулин -- что это такое? Простая случайность, подвернувшаяся в минуту вялого безразличия. Она его не любит и никогда не любила. Она взяла его в свою обстановку, как берут подходящую мебель для пустого места в гостиной.
Лариса Григорьевна бессознательно взглянула на него. Он, видимо, уже осовел, и, расставив ноги, что-то выкрикивал, подпевая цыганам. Вдруг он повернулся на каблуках и сказал слегка охрипшим голосом:
-- Господа, у нас мало дам. Моя барыня не в счет -- вон она сидит, точно дуется на нас всех. А тут Биби и Санжен -- не пригласить ли их к нам?
Ему никто не ответил. Всем показалось, что и выступать с таким предложением ему неловко, и навязывать Ларисе Григорьевне общество Биби и Санжен тоже не совсем удобно.
-- К черту! -- крикнул среди общего молчания Жебровский.
Бавулин оглянулся на него и, по-видимому, понял.