Ударилъ я, хотя и не легко,
Однако же не такъ, чтобъ очень сильно.
А ты зачѣмъ шелъ мнѣ наперекоръ!
и проч.
Просимъ читателя повѣрить, что вышеприведенныя выдержки изъ разсматриваемаго перевода не только не исключительны по своему безобразію, но что положительно нѣтъ страницы, изъ которой нельзя было бы извлечь подобныя жемчужины.
По-истинѣ, трудъ Барышова является не переводомъ "Каина", а глумленіемъ надъ нимъ. И этотъ-то трудъ, вмѣстѣ съ топорнымъ переводомъ Минаева, быль однимъ изъ тѣхъ двухъ источниковъ, которыми должны были довольствоваться до 1883 года читатели, могущіе знакомиться съ Байрономъ только на русскомъ языкѣ.
ІІ.
Въ 1888 году вышелъ переводъ Каленова {Каинъ. Мистерія Байрона. Переводъ П. А. Каленова. Москва 1883 г.}, который даже и при требовательной оцѣнкѣ его, по нашему мнѣнію, слѣдуетъ признать не дурнымъ. Въ немъ содержаніе оригинала передано, вообще говори, хорошо и во многихъ строфахъ его близко передано также и настроеніе послѣдняго -- во многихъ, но далеко однако же не во всѣхъ.
Въ длинномъ предисловіи, предпосланномъ переводчикомъ своему труду, между прочимъ, читаемъ:
"Внимая тоскливымъ с ѣ тованіямъ Каина на жизнь {Курсивъ нашъ.}, невольно хочется указать ему на тѣсный кругъ любимой имъ семьи, въ которой онъ могъ бы найти недостающее ему удовлетвореніе, отдавшись исполненію своего долга во отношенію къ ней. Какъ живое выраженіе этой мысли о преданности своему долгу, рядомъ съ Каиномъ выводится въ мистеріи жена его Ада. Вся проникнутая вѣрой въ благость промысла, она въ самомъ горѣ находитъ отраду, рѣшившись вполнѣ посвятить себя заботамъ о своемъ несчастномъ преступномъ мужѣ, чтобы примирить его съ совѣстью и такимъ образомъ утѣшить и успокоить".