Въ это время вошолъ Гранде, но уже безъ Нанеты; слышно было, какъ почтальйонъ и Нанета тащатъ что-то вверхъ по лестнице. За Гранде следовалъ незнакомецъ, возбудившiй столько догадокъ, толковъ и общее удивленiе, такъ, что появленiе его можно было сравнить съ появленiемъ красиваго роскошнаго павлина на заднемъ дворе у какого-нибудь мужика.
-- Сядьте возле огня, сказалъ Гранде своему гостю.
Но прежде, чемъ последовать приглашенiю Гранде, молодой незнакомецъ ловко и благородно поклонился всемъ. Мужчины встали съ местъ и отдали ему поклонъ его. Женщины не встали съ местъ, но тоже поклонились ему.
-- Вы, верно, озябли, сударь, сказала госпожа Гранде: вы, верно, прiехали...
-- Ужъ пошли, пошли! вотъ каковы эти бабы, закричалъ бочаръ, переставъ читать письмо, которое онъ держалъ въ рукахъ: да оставь его въ покое....
-- Но, батюшка, можетъ-быть, имъ что-нибудь нужно, сказала Евгенiя.
-- У него есть языкъ, отвечалъ Гранде съ заметною досадою.
Только одинъ незнакомецъ былъ удивленъ такимъ прiемомъ. Остальные такъ привыкли къ деспотизму старика, что и теперь не обратили на него никакого вниманiя.
Незнакомецъ сталъ возле камина и началъ греться, поднимая къ огню свои ноги. Потомъ, обратясь къ Евгенiи, онъ сказалъ ей:
-- Я благодаренъ вамъ, кузина; но не безпокойтесь, я отдыхалъ и обедалъ въ Туре; мне ничего ненужно, я даже не усталъ, прибавилъ онъ, посматривая на своего дядюшку.