Одна только длинная Нанета могла ужиться въ услуженiи у такого деспота, какъ старикъ Гранде. Целый городъ завидовалъ старику, видя у него такую верную служанку. -- Длинная Нанета, получившая свое прозванiе по богатырскому росту (5 фут. 8 дюймовъ), служила уже 35 летъ у господина Гранде. -- Она была одною изъ самыхъ богатейшихъ служанокъ Сомюра, хотя жалованья получала всего шестьдесятъ ливровъ. --Накопившуюся сумму, около четырехъ тысячь ливровъ, Нанета отдала нотарiусу Крюшо на проценты. Разумеется, эта сумма была для нея весьма значительна, и всякая служанка въ Сомюре, видя у бедной Нанеты верный кусокъ хлеба подъ-старость дней ея, завидовала ей, не думая о томъ какими кровавыми трудами заработаны эти денежки.

Когда ей было двадцать-два года, она была безъ хлеба и безъ пристанища; никто не хотелъ взять ее въ-услуженiе, по причине ея необыкновенно-уродливой фигуры и, разумеется, все были несправедливы. -- Конечно, еслибы природа создала ее гвардейскимъ гренадеромъ, то всякiй-бы назвалъ молодцомъ такого гренадера; но, какъ говорится, все должно быть кстати. -- Нанета, потерявшая, по причине пожара, место на одной ферме, где она ходила за коровами, явилась въ Сомюръ, и, воодушевленная уверенностiю и надеждою, начала искать всюду места и не унывала духомъ.

Въ это самое время Гранде собирался жениться и сталъ задумывать о будущемъ хозяйстве. -- Нанета явилась кстати, тутъ какъ тутъ. -- Какъ истинный бочаръ, умея ценить физическую силу въ своемъ работнике, Гранде угадалъ съ-разу всю выгоду, какую могъ извлечь, имея у себя Геркулеса -- работницу; онъ съ наслажденiемъ смотрелъ на ея высокiй ростъ, жилистыя руки, крепкiе члены; ни безобразiе лица длинной Нанеты, ни рубище, ее прикрывавшее, не устрашили Гранде нисколько. -- Онъ принялъ ее въ свой домъ, оделъ, накормилъ, далъ ей работу и жалованье. -- Крепко привязалось сердце беднаго созданiя къ новому господину; Нанета плакала потихоньку отъ радости. -- Бочаръ завалилъ ее работой. Нанета делала все. Стряпала кушанье, мыла белье, вставала рано, ложилась поздно, во-время жатвы готовила обедъ на всехъ работниковъ, смотрела за ними, какъ верная собака, стояла горою за соломинку изъ добра господскаго, и безъ ропота исполняла въ точности самыя странныя фантазiи чудака Гранде.

После двадцатилетней верной службы Нанеты, въ 1811 году, въ году счастливомъ для виноградчиковъ, Гранде решился наконецъ подарить свои старинные часы Нанете; это былъ первый и единственный подарокъ старика Гранде. -- Правда, что онъ дарилъ иногда ей и старые башмаки свои, но нельзя сказать, чтобы могла быть какая-нибудь выгода отъ старыхъ башмаковъ господина Гранде; они были всегда до-нельзя изношены. Сперва нужда, а потомъ и привычка сделали Нанету скупою, и старикъ полюбилъ свою служанку, полюбилъ ее, какъ верную старую собаку; -- Нанета радовалась, благословляла судьбу и была счастлива.

Она не жаловалась, если, на-примеръ, старику Гранде приходилось обвесить иногда ее при выдаче хлеба и остальной провизiи. -- Не жалуясь сносила иногда и голодъ, потому-что бочаръ прiучалъ всегда своихъ домашнихъ къ стражайшей дiэте, хотя въ этомъ доме никто никогда не былъ боленъ. Наконецъ Нанета стала настоящимъ членомъ семейства; она привязалась всею силою души своей ко всемъ членамъ этой фамилiи; она смеялась, когда смеялся старикъ Гранде, работала, когда онъ работалъ, зябла, когда ему было холодно, и отогревалась, когда ему было жарко. Какъ отрадно было сердцу Нанеты, привязанному святымъ, безкорыстнымъ чувствомъ благодарности къ благодетелю своему, въ свычке съ нимъ, въ неограниченной къ нему преданности. -- Никогда, ни въ чомъ не могъ упрекнуть сварливый, скупой Гранде свою верную Нанету; ни одна кисть винограда не была взята ею безъ позволенiя; ни одна груша, упавшая съ дерева, съедена потихоньку; Нанета берегла, хранила все, заботилась обо всемъ.

-- Ну, ешь, Нанета, полакомься, говорилъ иногда Гранде, обходя свой садъ, где ветви ломались отъ изобилiя плодовъ, которые бросали свиньямъ, не зная куда девать излишекъ.

Отрадно было бедному созданiю, когда старикъ изволилъ смеяться, забавляться съ ней: это было очень, очень-много для бедной девушки, призренной Христа-ради, вытерпевшей одни лишенiя да побои. -- Сердце ея было просто и чисто, и душа свято хранила чувство благодарности. -- Живо помнила она, какъ, тридцать-пять летъ назадъ, она явилась на пороге этого дома, бедная, голодная, въ рубище, и съ босыми ногами, и какъ Гранде встретилъ ее вопросомъ:

-- Ну, что-жъ тебе нужно, красавица?

И сердце дрожало въ груди ея при одномъ воспоминанiи объ этомъ дне. Иногда Гранде приходило въ мысль, что его бедняжка Нанета въ целую жизнь не слыхала отъ мужчины слова приветливаго, не знала, не испытала ни одного наслажденiя въ жизни, самаго невиннаго, даннаго въ уделъ женщине -- наслажденiя нравиться, напримеръ, и Гранде, въ припадке жалости, говорилъ иногда:

-- Ахъ, бедняжка Нанета!