-- Браво, герцогиня,-- сказалъ Вендрамини, слышавшій ихъ разговоръ.
-- Интродукція кончена,-- продолжала герцогиня.-- Вы испытали сильное волненіе: ваше сердце стучитъ, а въ воображеніи рисуется картина страны, когда-то озаряемой солнечнымъ сіяніемъ, а теперь мертвой и холодной. Какъ вамъ нравится музыка, изображающая восходъ солнца, такая блестящая, разнообразная и полная? Она вся заключается въ простомъ безпрестанно повторяемомъ аккордѣ ut, къ которому Россини прибавляетъ аккорды квартъ и секстъ. Въ этомъ заключается причина магическаго дѣйствія его музыки. Желая передать наступленіе свѣта, онъ поступалъ такъ же, какъ при изображеніи мрака и скорби. Какъ правдиво передается имъ заря! Свѣтъ всюду одинъ и тотъ же, а впечатлѣніе, производимое имъ, мѣняется, только благодаря тѣмъ предметамъ, которые онъ освѣщаетъ. Неправда ли, вы согласитесь съ этимъ? Поэтому-то композиторъ и избралъ основаніемъ для своей музыки одну только тему: простой аккордъ ut. Взошедшее солнце озаряетъ сперва верхушки горъ, а потомъ уже всю долину! Точно также аккордъ начинается едва слышно на первыхъ струнахъ скрипокъ, а потомъ уже разливается по всему оркестру, пробуждая одинъ за другимъ всѣ инструменты. Подобно свѣту, озаряющему сперва ближайшіе предметы, пробуждаются постепенно всѣ источники гармоніи и сливаются, наконецъ, въ общемъ гулѣ. Скрипки, которыхъ до сихъ поръ не было слышно, какъ бы подаютъ сигналъ своимъ тихимъ tremolo, напоминающимъ первые слабые лучи солнца. Эта прелестная, веселящая и ласкающая душу музыка сопровождается басовыми аккордами и едва слышными глухими звуками волторновъ, съ помощью которыхъ композиторъ хочетъ передать послѣднія тѣни, покрывающія долины въ то время, какъ первые лучи солнца золотятъ верхушки горъ. Затѣмъ къ скрипкамъ и волторнамъ постепенно присоединяются всѣ духовые инструменты, голоса народа, полнаго радости и удивленія, и наконецъ, все покрывается громкими звуками мѣдныхъ инструментовъ и трубъ. Въ ту минуту, когда свѣтъ, источникъ гармоніи, долженъ озарить всю природу,-- музыку, по ея блеску и красотѣ, можно сравнить только съ лучами полуденнаго солнца. Даже звуки металлическаго треугольника, повторяющаго одно и то же ut, напоминаютъ вамъ утренній шаловливый призывъ птицъ. Та же тональность, умѣло измѣненная рукой музыканта, выражаетъ радость цѣлой природы и успокоиваетъ страданія, которыя вы только-что испытывали. Такое единство, такая связная и въ то же время полная разнообразія музыка служитъ печатью великаго мастера! Одна музыкальная фраза, и вы понимаете страданія цѣлой націи; одинъ аккордъ -- и вамъ представляется пробуждающаяся природа и полный радости народъ. Эти двѣ великія музыкальныя страницы сливаются въ воззваніи къ вѣчному Богу, Творцу вселенной, рождающему какъ скорбь, такъ и радость. Неправда ли, одна такая интродукція представляетъ изъ себя уже цѣлую поэму?
-- Правда,-- отвѣтилъ французъ.
-- Теперь начинается прелестный квинтетъ, доступный только Россини. Здѣсь композиторъ отдается нѣгѣ и сладострастію, въ которыхъ такъ часто упрекаютъ нашу музыку. Въ этой части все полно радости: евреи освобождены, но, несмотря на это, слышатся вздохи влюбленнаго, которому грозитъ опасность. Сынъ фараона любитъ еврейку, которая должна его покинуть. Какъ прелестенъ, какъ очарователенъ въ этомъ квинтетѣ возвратъ къ обыкновеннымъ житейскимъ волненіямъ послѣ величественныхъ народныхъ библейскихъ сценъ, полныхъ страданій и радостей, смѣняющихся по повелѣнію небеснаго мстителя.
-- Не была ли я права?-- сказала герцогиня французу послѣ того, какъ кончилось великолѣпное стретто:
Voci di giubbilo
D'in'orno echeggino
Di pace l'Iride
Per noi spunto.
(Радостные крики раздаются вокругъ: Изида приноситъ намъ миръ).