-- Такъ не хотите ли сливокъ съ сухарями, любезный Деларошъ? сказала госпожа Рабурденъ. Подите сюда, сядьте подлъ меня.
Она усадила его возлѣ себя, и сердце молодаго человѣка запрыгало отъ удовольствія. Въ это время Целестина увидѣла Демоно и сама подошла къ нему.
-- Что это вы не подойдете къ намъ? сказала она. Ужъ не сердитесь ли вы за что-нибудь?
-- Сердиться мнѣ не за что, сказалъ Демоно съ нѣжнымъ вздохомъ. Но я пріѣхалъ къ вамъ съ доброй вѣстью, и мнѣ пришло въ голову, что вы теперь будете еще строже со мною. Я увѣренъ, что черезъ полгода мы будемъ съ вами какъ чужіе. Мы можемъ говорить откровенно. Вы слишкомъ умны, я слишкомъ опытенъ, чтобы намъ обманывать другъ друга. Вы достигли своей цѣли., и это не стоило вамъ ничего кромѣ нѣсколькихъ улыбокъ и ласковыхъ словъ...
-- Обманывать другъ друга! Что это значитъ? сказала она, притворяясь обиженною.
-- Да. Лабилардіеру сегодня еще хуже и, судя по тому, что говорилъ мнѣ министръ, вашъ мужъ будетъ директоромъ.
Тутъ онъ разсказалъ ей, что было у министра, какъ онъ ее расхваливалъ, и прочая, и прочая.
-- Monsieur Демоно, отвѣчала съ важностью Целестина, позвольте мнѣ замѣтить вамъ, что мужъ мой старше и умнѣе всѣхъ вашихъ начальниковъ отдѣленій; что всѣ чиновники роптали, когда старика Лабилардіера посадили моему мужу на голову; притомъ онъ уже цѣлый годъ исправляетъ должность директора: такъ я право не знаю кому какъ не ему занять это мѣсто!
-- Ваша правда, сказалъ Демоно.
-- Такъ разсудите же вы сами, сказала она, улыбаяясь, чтобы выказать прелестнѣйшіе зубы: какая жъ бы мнѣ надобность противъ сердца любезничать съ вами! Неужели вы думаете, что я такая интсресанка?