-- О! сказалъ Демоно, поднявъ глаза къ небу.
-- Да, господа, продолжала она, вы должны признаться, что сердце женщины всегда будетъ для васъ тайною. Правда, мнѣ очень пріятно было, что вы начали къ намъ ѣздить и, скажу вамъ откровенно, отчасти потому, что я надѣялась отъ этого пользы.
-- Какой же?
-- Вы на пути къ почестямъ, сказала она ему вполголоса, вы будете депутатомъ, министромъ. (Какъ весело человѣку честолюбивому , когда хорошенькая женщина говорить ему на ухо подобныя вещи!) О, я знаю васъ лучше чѣмъ вы сами ! Рабурденъ можетъ быть вамъ полезенъ; онъ станетъ за насъ работать, когда вы будете въ палатѣ депутатовъ. Вамъ хочется въ министры, а мнѣ бы хотѣлось, чтобы мои мужъ былъ государственнымъ совѣтникомъ или управляющимъ какою-нибудь частію. Мнѣ пришло въ голову соединить двухъ человѣкъ, которые соперниками никогда не будуть, а могутъ быть полезны другъ другу. Развѣ это не женское дѣло? Выѣсть вы скорѣй пойдете, а вамъ обоимъ пора двинуться впередъ.-- Видите, какъ я откровенна , прибавила она съ улыбкою, а вы такъ вѣчно отъ меня секретничаете!
-- Но вы не хотите понять меня, сказалъ Демоно съ печальнымъ видомъ, хотя Целестина чрезвычайно его обрадовала. Что мнѣ въ повышеніяхъ по службѣ, когда я здѣсь получу отставку !
-- Я бы и рада понять васъ, сказала она, но вы, говорите загадками.
И она пошла прощаться съ одной провинціальной графинею, которая сбиралась домой.
-- Слава Богу, думала госпожа Рабурденъ, ложась спать, мужъ мой будетъ директоромъ и мы вмѣсто двѣнадцати тысячи будемъ получать двадцать! Конечно, мы отъ этого еще не разбогатѣемъ, но по-крайней-мѣрѣ можемъ жить порядочно.
Она заснула, думая о своихъ долгахъ и разсчитывая, во сколько времени можетъ расплатиться, если откладывать по шести тысячъ въ годъ. Она и не воображала себѣ, что женщина безъ воспитанія, которая отъ роду не бывала въ порядочной гостиной, женщина безъ знакомствъ, безъ связей, сбирается взять приступомъ мѣсто, на которое она мысленно уже сажала своего мужа. Госпожа Рабурденъ презрительно улыбнулась бы, если бъ ей сказали, что госпожа Бодойе -- ея соперница. Бѣдняжка, не знала, что мелкіе люди такъ же сильны какъ червякъ, который подтачиваетъ огромное дерево. Если бъ можно было употребить въ литературѣ Левенгуковъ микроскопъ, стоило бы срисовать муравьевъ, которые чуть не уничтожили Голландіи, подточивъ ея плотины, -- и у насъ было бы довольно схожее изображеніе господъ Бодойе, Пальмы, Фаллеза, Гобсека и компаніи, мелкихъ существъ, которые, впрочемъ, какъ вы скоро увидите, доказали свою силу не хуже голландскихъ муравьевъ.
Въ Парижѣ всѣ почти департаменты образованы одинаково. Говоря канцелярскимъ языкомъ, отдѣленіе состоитъ изъ служителей (garèon); сверхштатныхъ чиновниковъ, которые но нѣскольку лѣтъ служатъ безъ жалованья; писцовъ (expéditionnaires); столоначальниковъ (commis-rédacteurs); экзекутора (commis d'ordre или commis principal), помощника начальника отдѣленія (sous-chef de bureau), и начальника отдѣленія. Въ департаментѣ бываетъ обыкновенно два три отдѣленія, иногда и болѣе. Впрочемъ эти званія измѣняются отчасти по роду службы; такъ напримѣръ, въ нѣкоторыхъ департаментахъ, вмѣсто столоначальниковъ бываютъ бухгалтеры и контролеры.